Его руки сомкнулись на её горле, оборвав её крик, в то время, как она отчаянно пыталась дотянуться до пистолета в кобуре на бедре, одновременно пинаясь и борясь с мужчиной, который смертельной хваткой вцепился ей в шею. Мужчина что-то кричал, его зловонное дыхание било девушке в лицо, глаза были выпучены. Но Леннон не могла разобрать его слов из-за того, что автобус, издав скрип, остановился на улице прямо за тем местом, где она в данный момент боролась за свою жизнь.

Адреналин хлынул в её кровь, внутренний тревожный колокол вовсю звенел. Ей казалось, что глаза вот-вот выскочат из орбит, лёгкие опустели, а зрение стало одновременно ярким и мутным. Нападавший немного ослабил хватку, и она смогла втянуть в себя немного воздуха, прежде чем он ударил её по лицу несколько раз. Её голова дёрнулась назад от его руки, всё ещё сжимавшей её шею.

Вдруг чья-то рука легла ей на спину, и её начали оттаскивать от мужчины. Но он не отпускал её, и они оба вылетели из палатки, причём мужчина приземлился на тротуаре прямо на Леннон. Последняя капля кислорода вырвалась из её рта, и мир на мгновение померк, прежде чем свет и звук снова затопили её.

Девушка втянула в себя воздух и откатилась от мужчины, который, как она поняла, больше не лежал на ней и не сжимал её шею. Услышав чьё-то хрюканье и звук ударов кулаков об плоть, она повернулась и попятилась, а затем вскочила на ноги и потянулась за пистолетом.

Эмброуз сидел верхом на мужчине, который всё ещё пытался сопротивляться, размахивая руками и ногами. Эмброуз несколько раз ударил его по лицу. Леннон выхватила пистолет и направила его на лежавшего на земле мужчину.

— Прекратите драться! Сдавайтесь, вы арестованы. — Её голос дрожал так сильно, что слова были едва различимы.

Боже, что она говорит?

По тротуару застучали шаги, и двое офицеров, стоявших на углу, остановились, направив на мужчину пистолеты, когда тот затих.

Эмброуз откинулся назад, переводя дыхание, его плечи поднимались и опускались. Одним плавным движением он слез с мужчины и поднялся на ноги. Офицеры подошли и надели наручники на бездомного, который снова казался мертвыми, но почти наверняка таковыми не являлся.

— Ты в порядке? — спросил Эмброуз, его взгляд скользнул по её телу, вниз к ногам в кроссовках и обратно. — Леннон, давай присядем. Ты дрожишь, как осиновый лист.

Мужчина положил руку ей на запястье, и её взгляд устремился туда, где пистолет в её руках метался из стороны в сторону. Он был прав. Она дрожала всем телом. И если бы сейчас она попыталась выстрелить в напавшего, то почти наверняка промахнулась бы. Вместо того чтобы попытаться вернуть пистолет в кобуру, она позволила Эмброузу аккуратно забрать его у неё, а затем повернулась, сделала несколько шагов к стоявшему неподалёку бетонному кашпо, в котором росло дерево, состоящее только из ветвей, и опустилась на край.

Офицеры перевернули мужчину, один из них говорил в рацию. Но Леннон не могла разобрать слов. В её голове всё звучало так, словно она оказалась в эпицентре бушующего урагана.

Тёплые руки легли ей на колени, и, опустив взгляд, она увидела, что Эмброуз присел перед ней на корточки.

— С тобой всё в порядке, — сказал он. — Сейчас тебя начнёт сильно трясти. Возможно, закружится голова. Ты в порядке. Это нормально, и это пройдёт.

Леннон отрывисто кивнула. Это было всё, что она могла сделать. Сирены звучали всё ближе. Уже через минуту кавалерия будет здесь.

— Как ты здесь… — спросила она, изо всех сил пытаясь пошевелить стиснутой челюстью, но у неё это едва получалось.

— Лейтенант позвонил мне после того, как набрал тебя. Мне очень жаль, что я приехал сюда позже тебя.

Мужчина посмотрел в сторону, и она увидела, как напряглись мышцы его челюсти. Но это была не его вина. А её. Не только потому, что она примчалась сюда, желая что-то себе доказать, но и потому, что ей следовало дождаться подкрепления или попросить кого-нибудь из офицеров пойти с ней в конец квартала и постоять на страже, пока она осматривает место происшествия. Но она этого не сделала, потому что снова пыталась заставить себя использовать превосходство разума над материей. И вот что из этого получилось.

Этим утром её мог убить бездомный наркоман, которого она считала мёртвым. Он был под таким кайфом, что обладал сверхчеловеческой силой. Ещё три секунды, и она умерла бы в вонючей нейлоновой палатке на улице, пока проезжавший мимо автобус заглушал её крики.

Или, может быть, она бы не умерла. Во всяком случае, не так быстро.

Видения роились в голове, накатывая на неё вспышками ужаса. Полицейские, оглянувшись по сторонам, заметили бы, что её нет, и вероятно решили бы, что она направилась в какой-нибудь магазин, чтобы допросить кого-то ещё. Но вместо этого она оказалась внутри этой маленькой вонючей капсулы с монстром, одурманенным наркотиками. Нечто подобное уже случилось годом ранее. На утреннюю бегунью напали и затащили её в лагерь бездомных. Её изнасиловали и подвергли жестокой расправе. И хотя Леннон не занималась тем делом, иногда ей всё равно снились кошмары на эту тему.