— И не говори.

— С Джейд все хорошо? — беспокоится Фэллон.

— Не думаю. — Я притормаживаю перед перекрестком. — Она в ярости и, скорее всего, прибьет меня, как только мы окажемся дома.

На мгновение воцаряется тишина, а затем Джейс озвучивает очевидное: — Но она ведь ответила на поцелуй. Мы все это видели. У вас там все было по-взрослому, искры летели.

— Джейс! — осаживает его Фэллон.

— Но он прав, — отвечаю я. Раздражение бурлит внутри, потому что я сам не могу найти логику в случившемся. — Я собирался просто чмокнуть ее в щеку, но... черт... я понятия не имею, что произошло.

— Мы разберемся. Уверена, все уляжется, — пытается обнадежить меня Фэллон.

— С Джейд ничего просто так не «укладывается», — ворчу я, въезжая в ворота Тринити. — И переживать об этом бесполезно. Буду принимать удары по мере их поступления.

Фэллон молчит, пока мы не паркуемся и не выходим из машины.

— Ты не должен принимать никакие удары. Это пора прекратить. И этот поцелуй не возник из ниоткуда. Очевидно, что у вас обоих есть чувства друг к другу.

— Кто знает, — бормочу я. Мы подходим к дверям общежития. — В последнее время все просто чертовски запутано. — Я не могу заставить себя войти внутрь. — Я прогуляюсь.

— Составить компанию? — спрашивает Джейс.

Я киваю: — Спасибо.

— А я пойду проверю Джейд, — Фэллон крепко обнимает меня и шепчет: — Мне жаль, что тебе приходится через это проходить. Я рядом и сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам с Джейд все уладить.

— Спасибо, Фэллон. — Я целую ее в макушку и смотрю, как она

уходит.

Мы с Джейсом сворачиваем на тропу, ведущую в лес за кампусом.

— И что ты чувствуешь? — спрашивает он.

Я смотрю на фонари, отбрасывающие длинные тени на деревья.

— Смятение. Черт. — Я зло выдыхаю. — На самом деле, вся эта ситуация начинает меня бесить.

Джейс вздыхает: — Да, я бы сорвался еще несколько месяцев назад.

— Прошло два гребаных года! — взрываюсь я, давая волю накопившемуся разочарованию. — Два! Боже, сколько еще я должен выносить?

А теперь еще этот чертов поцелуй окончательно вынес мне мозг.

— Честно говоря, — Джейс качает головой, — я бы давно сдался. Я понимаю ее горе по Брейди, но это не дает ей права винить тебя.

— И сколько бы раз я ни говорил ей, что не имею отношения к смерти Брейди, она отказывается слушать, — ворчу я.

Мы доходим до смотровой площадки и смотрим на ночное небо. Джейс задумчиво прикусывает губу.

— Не понимаю. Вы же были так близки. — Он замолкает, а потом шепчет: — Может, Джейд вымещает боль на тебе, потому что в глубине души чувствует, что ты самый сильный из всех нас?

Я обдумываю его слова, но качаю головой: — Не думаю.

Тишина ночи наполняется воспоминаниями о последних двух годах. Да, мы были близки, но бесконечные ссоры нанесли слишком глубокие раны. Где-то внутри я понимаю, что как прежде уже никогда не будет.

— Это чертовски грустно, — признаюсь я. — Иногда я до сих пор не верю, как далеко все зашло.

— Ты хотя бы пытался. — Джейс кладет руку мне на плечо. — Бог свидетель, ты пытался, но Джейд жаждет мести. У меня чувство, что дальше будет только хуже.

Я скрещиваю руки на груди и смотрю другу в глаза.

— Да, у меня такое же предчувствие. Но мой лимит терпения исчерпан.

— Что ты собираешься делать?

— Она хочет мести? — бормочу я. Когда Джейс переводит на меня взгляд, я жестко чеканю: — Я сделаю эту месть такой сладкой, что она сама будет молить о добавке.

Если Джейд так меня ненавидит, почему она ответила на поцелуй? Чтобы поиграть со мной? Эта мысль только подстегивает мой гнев. С моим сердцем и так уже вдоволь поиграли. Я больше этого не допущу.

— Ты не собираешься отступать? — уточняет Джейс.

— Мужчина может вытерпеть многое, но всему есть предел. Мой наступил давно. Джейд начала эту войну.

Джейс снова прикусывает губу и шепчет: — И ты планируешь ее закончить.

Я киваю, глядя в темноту.

— Пора покончить со всем, что между нами есть.

Пока от моего сердца еще хоть что-то осталось.

ДЖЕЙД

Мне везло: все утро я не видела Хантера. Когда Као открывает дверь мисс Себастьян, я выдыхаю с облегчением. В присутствии моей крестной я могу расслабиться — Хантер не посмеет заговорить со мной при ней. А я совершенно не готова видеть его после того поцелуя. Я все еще пытаюсь понять, какого черта я ответила.

— Мои ангелочки! — практически воркует мисс Себастьян, обнимая сначала Као, потом Ноа и Милу. Когда очередь доходит до меня, я нацепляю маску беззаботности. Мисс Себастьян как ищейка — стоит ей почуять, что у кого-то из нас проблемы, она не отвяжется.

— Как прошла первая неделя? — спрашивает она. Мы наперебой что-то отвечаем, и она резюмирует: — Покажите мне этот стразовый кошмар, который вы называете кампусом, а потом пойдем поедим.