Она смеется: — Пошли танцевать! Настроение сразу поднимется.

Я смотрю вниз и вижу, как Джейс о чем-то болтает с Джессикой. Это заставляет меня вскочить: — Да, идем. Мне нужно сбросить напряжение.

Я жду, пока Джейд поцелует Хантера так, будто видит его в последний раз, и мы идем на танцпол. Музыка заряжает, танцевать с Джейд всегда весело. Я позволяю ритму унести мои тревоги. Мы танцуем несколько песен, а потом Джейд наклоняется к моему уху: — Джастин у тебя за спиной.

Я оборачиваюсь, и в этот момент Джастин кладет руки мне на бедра, двигаясь в такт. Он наклоняется, и я чувствую резкий запах алкоголя: — Ты выглядишь чертовски сексуально, Мила.

Мне не нравится, что он стоит сзади, поэтому я разворачиваюсь к нему лицом: — Спасибо. Тебе нравится вечеринка?

Он кивает с широкой улыбкой: — Теперь, когда ты здесь — еще больше.

Черт. Не хочу, чтобы он питал иллюзии. Я наклоняюсь ближе, чтобы он услышал: — Послушай... мы просто друзья, Джастин. Я правда не хочу с тобой встречаться.

Внезапно кто-то хватает Джастина и... бьет его в челюсть. Я вскрикиваю, глядя на нападавшего. Мои глаза округляются: это Джейс. Он по-хозяйски обхватывает меня за талию, прижимая к себе, и рычит на Джастина:

— Я сказал, она не для тебя. Тебе следовало послушать с первого раза, блядь.

О боже. Только не снова.

ГЛАВА 10

ГЛАВА 10

ДЖЕЙС

Моя рука крепко обхватывает талию Милы, и мы застываем неподвижно на переполненном танцполе. Я опускаю взгляд и встречаюсь с её глазами, в которых застыл шок.

В одну минуту я еще разговариваю с Джессикой, а в следующую — уже бью Джастина.

Я просто теряю из-за неё рассудок.

Со вчерашнего дня я пытался придумать способ подойти к ней, а сегодня она выглядит как чертова богиня.

Я также уловил тот факт, что она пытается держаться от меня подальше, и мне это ни капли не нравится.

Мы единственные, кто не танцует. Мила начинает отстраняться, её взгляд сужается.

Она оглядывается по сторонам, прежде чем снова посмотреть на меня, и произносит: — Серьезно, Джейс? Что за чертовщина?

Ей удается создать между нами небольшую дистанцию, но я рывком притягиваю её обратно к своей груди и обхватываю обеими руками.

Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но я качаю головой, заставляя её свирепо смотреть на меня. От близости наших тел вспыхивает разряд электричества.

Та самая вечная искра, от которой я не могу избавиться.

Слегка ослабив хватку, я позволяю одной руке скользнуть к изгибу её бедер, чтобы держать её прижатой к себе.

Я чувствую, как дыхание Милы прерывается, а затем поток теплого воздуха касается моей шеи. Мы можем сколько угодно изводить друг друга, но в такие моменты ясно как день — Мила для меня гораздо больше, чем просто друг.

Медленно наши тела начинают двигаться в такт музыке, пока наши глаза не разрывают контакт.

Я наблюдаю, как выражение лица Милы меняется с гневного на неуверенное.

Да, детка, я тоже. Я без понятия, что творю. Знаю только, что не могу остановиться.

Её зеленые радужки затягивают меня, пока я не оказываюсь у них в плену.

Поколебавшись мгновение, Мила вздыхает и кладет руки мне на плечи. Я чувствую тепло её прикосновений даже через одежду.

Её взгляд скользит по другим танцующим, и когда её бедра движутся в такт с моими, я понимаю, что она чувствует мое возбуждение, потому что её глаза резко вскидываются к моим.

Прямо сейчас мне безумно хочется утащить её в наш блок, чтобы мы могли вытрахать это... что бы это ни было за электрическое чувство между нами... из наших систем.

Но я знаю: в ту секунду, когда мы окажемся голыми, нашей дружбе придет конец. Мила тоже это знает, и именно поэтому она из последних сил старалась держать дистанцию.

Если бы у меня было хоть капля её самообладания. Это сделало бы всё намного проще.

Я хочу Милу так, как никогда не хотел другую женщину. Я хочу касаться её, пробовать на вкус и сделать своей.

Опять же, идиот, если всё пойдет наперекосяк, её больше не будет в твоей жизни. Вообще.

Пока мой мозг кружит вокруг Милы, мои движения становятся более соблазнительными.

Да, в этот момент разум явно не главный.

С тех пор как я признался себе в правде, меня захлестнула потребность быть рядом с ней.

Мои руки ведут свою собственную миссию: они скользят вверх и вниз по её спине, огибают бедра и ложатся на ягодицы.

Мои ладони впитывают ощущение её идеального тела, и я притягиваю её так близко, как только могу. У Милы вырывается судорожный выдох, её руки скользят мне за шею, а глаза закрываются.

Ей, черт возьми, нравится, когда я её трогаю.

Черт.

Жар ползет вверх по моему позвоночнику, перекрывая доступ к здравому смыслу, когда желание берет верх.