Прежде чем она успевает передать слова дяди Фэлкона, звонит телефон Хантера.

— Ария! — Хантер вскакивает. — Ты в порядке? — Он подносит руку ко лбу и тяжело опускается обратно на диван. — Но ты цела? — Он зажмуривается и делает глубокий вдох. — Уверен, с ним все будет хорошо. Люблю тебя.

Пищит телефон Джейса, следом — мой. Я спешу проверить сообщение.

Папа: Говорил с дядей Фэлконом. Фореста и Арию нашли. Ария в порядке. Фореста срочно везут в больницу, но он стабилен. Позвоню через пару минут.

— Их нашли, — говорит Джейс, и по комнате проносится коллективный вздох облегчения. — Фореста везут в больницу. Он стабилен. Скоро узнаем подробности.

Нас всех накрывает волна облегчения, и я прячу лицо на шее у Ноа, пока эмоции захлестывают меня. Когда наконец приходят новости, что у Фореста сломана рука и четыре ребра, но он будет жить, я чувствую себя опустошенной до предела. Будто тревога выжгла всю мою энергию.

— Оставайтесь на ночь, — говорит Као. — Занимайте гостевые комнаты или диваны. Я достану подушки и одеяла.

Все расходятся искать место для отдыха, и Ноа спрашивает:

— Хочешь прилечь здесь?

Я киваю. — Мне все равно где. Я только схожу за водой. Тебе принести?

Ноа качает головой, скидывает кроссовки и растягивается на диване. Когда я возвращаюсь, я сажусь на другой диван, но как только я снимаю кеды, Ноа шепчет:

— Иди сюда.

Я подхожу к нему, и он тянет меня за руку, приглашая лечь. Я забираюсь к нему и, устроившись наполовину на нем, кладу ладонь и щеку ему на грудь.

— Спасибо, Ноа.

Он касается моей щеки, и я чувствую, как он целует меня в волосы.

— Постарайся уснуть.

Я киваю и, слушая стук его сердца, быстро засыпаю.

НОА

Это была тяжелая неделя для всех, но Форест и Ария наконец-то дома. Форесту еще предстоит восстановиться, но, по крайней мере, они пережили эту катастрофу.

Зайдя в гостиную, я вижу, что Карла лежит на одном из диванов и смотрит «Шрека» вместе с Форестом и Арией. Я опускаюсь на свободный диван, и как раз в тот момент, когда я втягиваюсь в фильм, лицо Карлы внезапно оказывается прямо перед моим.

Она чуть не довела меня до инфаркта, так тихо подкралась. Затем она начинает пародировать Осла:

— «Ненавижу, когда кто-то лезет тебе прямо в рожу, ты ему намекаешь, а он не уходит. И наступает эта большая неловкая пауза... ну, ты понимаешь...»

Я изо всех сил стараюсь не рассмеяться, глядя на нее. Она такая чертовски милая, когда подражает мультяшкам.

— Можно мне полежать с тобой? — Она даже строит уморительную рожицу.

Поддразнивая ее, я ворчу: — Нет.

Карла обиженно надувает губы, и это вызывает у меня дикое желание ее поцеловать. — Ну можно мне с тобой лечь... пожалуйста.

— Черт, — бормочу я, потому что не могу поцеловать ее прямо сейчас при всех. Продолжаю дразнить: — Ты ведь не отстанешь, да?

— Нет.

— Ладно, — выдыхаю я.

Карла ложится наполовину на меня, пристроив голову у меня на груди. Она издает счастливый вздох. — Не так уж и плохо, правда?

Я качаю головой. — Не тебя же используют вместо подушки.

Она уютно устраивается. — Ты моя любимая подушка.

Уже знакомые эмоции проносятся во мне, прежде чем я снова перевожу взгляд на экран. Я кладу руку на Карлу и начинаю поглаживать ее предплечье, наслаждаясь мягкостью ее кожи. Не проходит и половины фильма, как она засыпает, вцепившись пальцами в мою футболку.

Я слишком остро чувствую ее тело, прижатое к моему, и это вызывает волну желания внизу живота. Становится трудно «двигаться медленно». С другой стороны, технически мы встречаемся уже неделю. Не то чтобы мы много ходили на свидания, учитывая все, что случилось.

Когда Шрек подходит к концу, я закрываю глаза и притворяюсь, что тоже уснул. Слышу, как Форест и Ария выключают телевизор и свет, уходя в коридор. Жду еще пару минут и открываю глаза.

Теперь, когда мы одни, я сдвигаюсь чуть ниже, чтобы было удобнее, и, обняв Карлу обеими руками, удовлетворенно вздыхаю и засыпаю.

Я чувствую жар ее тела. Моя рука продолжает скользить вверх-вниз по ее руке, кожа под моими пальцами мягкая, как шелк. Карла поднимает на меня взгляд, и, видя желание в ее глазах, я теряю остатки самообладания. Перехватив ее за челюсть, я впиваюсь в ее губы. Ее стон отдается во мне, когда ее рука соскальзывает с моей груди под пояс спортивных штанов. Ее пальцы обхватывают мой член, она начинает ласкать меня, и мое тело вспыхивает от нужды в ней.

— Ноа... — стонет она...

Я просыпаюсь в резком рывке, сердце колотится в груди. Секунду спустя понимаю, что лежу на диване с Карлой и это был всего лишь сон. В груди мгновенно разливается разочарование — все казалось таким реальным... таким правильным.