Мне требуется всё самообладание, чтобы откинуть одеяло. Жду, пока она заберется в постель, и укрываю ее. Сев рядом, я кладу палец ей под подбородок и поднимаю ее лицо. Когда ее глаза встречаются с моими, и я вижу в них выражение загнанного зверя, я стискиваю зубы.

— Мне нужно кое-что уладить, хорошо? — милостью божьей мой голос звучит спокойно. — Спи, мой ангел. Я вернусь позже.

Хана подается вперед и крепко обвивает мою шею руками. Прижав ее к своей груди, я чувствую, как дрожит ее тело.

— Я люблю тебя, — шепчет она, а затем отстраняется, ложится на бок и закрывает глаза.

Я склоняюсь над ней и целую в висок. — Спи, мой свет.

Твоя тьма обо всем позаботится.

Встав, я иду в свой кабинет и, закрыв дверь, направляюсь к книжному шкафу. Нажимаю кнопку сбоку, полки отъезжают, открывая ряд мониторов. Мой взгляд прикован к камере в спальне: я вижу, как Хана откидывает одеяло, зажимает рот руками и бежит в ванную. Включаю следующую камеру — она пускает воду в душе. Сбрасывает одежду, и как только оказывается под струями, оседает на пол, пряча лицо в руках. Звук ее плача заставляет демона внутри меня взреветь в жажде мести.

Достав телефон, я набираю номер Алексея.

— Брат, — ворчит он.

— Ты мне нужен.

— Где?

— Загородный клуб «Охай Вэлли». Мне нужен доступ ко всем записям с камер наблюдения с двух до трех часов дня.

— Дай мне пять минут. Ты едешь ко мне?

— Буду через десять.

Мы вешаем трубку. Я нажимаю кнопку, скрывая мониторы. Засунув телефон в карман, я срываю пиджак и швыряю его в сторону. Закатав рукава, выхожу из кабинета. Мне удается удерживать гнев ровно до того момента, как я сажусь в машину.

Дыхание становится частым. Сердце тяжело бьет по ребрам.

Ударив рукой по рулю, я реву.

— Сука! — Я вцепляюсь в руль, тело сотрясает ярость. — Твою мать! Твою мать! Твою мать! — Брызги слюны летят в разные стороны, дрожь усиливается, а затем демон окончательно берет верх.

Я делаю глубокий вдох и замираю.

Время охоты.

ГЛАВА 14

ТРИСТАН

— Ты уверен, что хочешь это видеть? — спрашивает Алексей.

— Да, — выдавливаю я сквозь зубы.

Он касается тачпада ноутбука. Стоя рядом с ним со скрещенными на груди руками, я смотрю, как Хана выходит из дамской комнаты. В тот момент, когда в кадре появляется Баллмер, кровь в моих венах превращается в кислоту. Когда он впечатывает её в стену, накрывая всем своим телом, мне приходится заставлять себя не отворачиваться. Самая страшная боль, которую я когда-либо чувствовал, пробивает дыру в моем сердце.

Моя Хана.

Я был в соседней комнате, черт возьми, попивал напитки, пока на неё нападали.

Я жадно хватаю ртом воздух; вид того, как Хане приходится буквально ползти по полу, чтобы вырваться от него, заставляет меня отшатнуться на шаг.

Алексей тут же хватает меня за руку.

— Я уже отправил за ним своих людей.

— На склад? — с трудом спрашиваю я из-за спазма в горле.

— Да. — Алексей закрывает ноутбук. — Я поведу.

Я выхожу из его особняка, а перед глазами всё еще стоят кадры с камер. Вспышки воспоминаний о Хане заполняют разум.

Вот она улыбается мне.

Я забираюсь на пассажирское сиденье бронированного внедорожника Алексея.

Её ладонь на моей щеке.

Я прижимаю кулак ко рту.

Её приоткрытые губы.

Колено начинает дергаться от ярости.

Красные отметины на её коже.

— Мне нужно оружие, — рычу я.

— Всё уже готово, — отвечает Алексей так спокойно, будто мы обсуждаем чертову погоду.

Она плачет в душе.

— И кислота.

Алексей набирает номер и отдает приказ на русском, затем бормочет:

— Сделано.

Как только джип останавливается внутри склада, я мгновенно выскакиваю наружу. Киваю Дмитрию, правой руке Алексея, который подпирает черный внедорожник, и бросаю: — Спасибо. — Это он проделал всю грязную работу, доставив Баллмера ко мне.

Дмитрий вскидывает подбородок.

Зная, что криков Баллмера никто не услышит, я направляюсь к нему — он обмяк на стуле. Я вкладываю всю силу в удар, и его жирная туша валится на пол.

— Брат... тц-тц, — Алексей качает головой. — Теперь придется ждать, пока он очнется. Иди сюда.

Мои кулаки сжимаются и разжимаются, жаждая продолжения, пока я иду к столу. Алексей обводит рукой разложенные инструменты: ножи, плоскогубцы, молотки, всё, что можно использовать для пыток. Я тянусь к кувалде, но Алексей снова качает говолой.

— Оставь это для финала. Сначала боль, потом смерть.

Я киваю.

— Ты прав. — Мои глаза встречаются с темным взглядом Алексея. — Покажи мне, что делать.

Его губы тут же растягиваются в улыбке, он берет два небольших ножа.

— Ножи для чистки овощей? — спрашиваю я.

— Да, — Алексей злорадно усмехается. — Идеально для коленей.