— Кристофер, — тихо произносит дядя Джекс, кладя руку мне на плечо.

Ударив по газам, я разворачиваюсь и бросаю: — Свяжись с Тристаном.

Джекс набирает номер и включает громкую связь.

— Нашли что-нибудь? — спрашивает Тристан.

— Я думаю, это личное. Нам нужно проверить всех, с кем она контактировала, — говорю я, сбиваясь с дыхания.

— Клиенты в Indie Ink? — уточняет он, зная, что у нас общий круг общения. — Она встречала кого-то нового?

— Нет. Грант Салливан — единственный клиент, который приходит на ум. — Мой мозг лихорадочно ищет другие имена. — Пока это всё, что я могу вспомнить.

— Я займусь этим.

Тристан отключается.

— Ты правда думаешь, что это личное? — спрашивает дядя Джекс.

— Да, — ворчу я. — Либо так, либо мы скоро получим требование о выкупе.

Надеюсь на это.

Боже, каковы шансы, что Дэш выживет? Убьет ли её тот, кто забрал?

Эти мысли прошибают меня дрожью.

Пожалуйста, дай мне найти её. Я просто хочу, чтобы она вернулась.

Перед глазами вспыхивают образы Дэш. То, как она улыбается. Её глаза, полные любви, когда она смотрит на меня.

Я должен был защищать её.

Боже... я не защитил Дэш.

Чувство вины захлестывает меня так сильно, что к горлу подступает тошнота.

ГЛАВА 16

ДЭШ

Я то и дело проваливаюсь в забытье, но тут же в страхе вскакиваю. Мои кисти и руки онемели от боли, а всё тело будто вот-вот разорвется пополам. Сначала я плакала, но в предутренние часы слезы высохли. Кажется, я впала в состояние зомби. Мозг будто отключается, переходя в режим самосохранения. По телу постоянно пробегает озноб, заставляя меня дрожать, хотя здесь вовсе не холодно. Воздух спертый и горячий, а кожа — липкая.

Звук открывающейся двери заставляет меня вскинуть голову.

— Доброе утро, Дэш, — почти жизнерадостно говорит Джош, ставя бумажный пакет на деревянную стойку. — Должно быть, всё затекло после того, как ты провисела всю ночь.

Мой разум с трудом соотносит его дружелюбный тон с реальностью. Когда он направляется ко мне, тело болезненно напрягается. Я начеку, и как только Джош начинает меня отвязывать, меня прошибает сильная дрожь.

На его губах играет улыбка.

— Я принес тебе завтрак. Ничего существенного, учитывая, что нам нужно снова взять твой вес под контроль.

Этот комментарий больно бьет по моей самооценке; без блузки, которая могла бы прикрыть живот, я чувствую себя беззащитной. Я не худышка, но никогда не считала себя полной. За те две недели с Кристофером я даже чувствовала себя сексуальной.

Как только веревки ослабевают, мое тело просто рушится на пол; мышцы сводит судорогой. Из-за «иголок» в руках и кистях я не могу даже опереться на них, чтобы подняться. Джош подтягивает меня в сидячее положение у стены, а затем одаривает любящей улыбкой, от которой меня тошнит.

— Вот так. Так лучше, правда?

Не отвечая ему, я смотрю на свои стертые в кровь запястья, пока он возвращается к пакету. Он достает бутылку воды и контейнер. Подойдя, ставит их на пол.

— Ешь.

В контейнере фруктовый салат, и при виде него у меня мгновенно текут слюнки. Я ничего не ела с утра воскресенья.

Осторожно я тянусь к воде, понимая, что сейчас это важнее еды. Я изо всех сил пытаюсь открутить крышку, но пальцы онемели, а руки слишком сильно дрожат. Я боюсь уронить бутылку. Когда мне наконец удается её открыть, я жадно пью, стараясь проглотить как можно больше.

Джош протягивает ко мне руку, и я, испугавшись, роняю бутылку и отползаю в сторону. Остатки воды разливаются по деревянному полу. Джош качает головой.

— Посмотри, что ты наделала.

Когда он поднимает на меня глаза, от недавнего дружелюбия не остается и следа — его взгляд снова становится безжизненным.

— Слизывай. Тебе пригодится каждая капля.

Я ни за что не стану этого делать.

— Лижи! — внезапно орет он на меня.

Я качаю головой.

— Не буду. Я не собака.

Его кулак врезается мне в угол рта. Я чувствую, как лопается кожа, и от силы удара заваливаюсь на бок. Джош хватает меня за челюсть, но я дергаю головой. Это лишь заставляет его усмехнуться: он снова болезненно вцепляется в меня, заставляя смотреть на него. Кровь из разбитой губы неровной дорожкой стекает к подбородку. Джош смотрит на неё и качает головой: — Видишь, до чего ты меня довела. Когда же ты научишься?

Меня колотит от ужаса перед этим человеком. Я тяжело сглатываю и заставляю себя не отводить взгляд.

— Перестань со мной бороться, Дэш. Между нами снова всё может быть прекрасно. — Его лицо становится почти нежным, и это пугает меня до глубины души.

Я не знаю, какую его сторону я боюсь больше: агрессивную или заботливую. Его агрессия может привести к моей смерти, а забота… к изнасилованию. Обе возможности приводят меня в ужас.

Джош наклоняется ближе и делает глубокий вдох, будто принюхиваясь ко мне.