Она искренне верила в то, что в ней не было зла.

Но ведь это были люди, о смерти которых не стоило жалеть? Халиф, едва не устроивший ей групповое изнасилование, и солдаты, многие из которых с радостью бы в этом поучаствовали?

А остальные? Кто сказал, что все они такие, кто сказал, что те десять были не единственными? Что, если среди них были такие как Хасан, сражавшийся против них, но сохранивший чувство чести и благородства? Или Джавдет, который помог спасти ее и даже пожертвовал жизнью, прикрывая их отход, а она так и не узнала, почему?

Получается, что если такие были, их она тоже убила.

— Воистину, — негромко прокомментировал Килиан, — Недаром говорят: мудрец боится трёх вещей. Моря в шторм, безлунной ночи… и гнева доброго человека.

Лана воззрилась на него. Она даже открыла рот, чтобы что-то сказать…

А потом ее глаза закатились, и она упала в обморок.

Глава 7. Пылающее море

— Их орудия совершеннее наших, — толковал граф Ольстен, министр морских дел, — Но вот мастерство их мореходов, по сведениям, оставляет желать лучшего. Их корабли велики и неповоротливы; такое сочетание имеет смысл для купеческих судов, которым нужен вместительный трюм. Для военных оно губительно. Стоит нам выйти из гавани, и преимущество окажется на нашей стороне.

— Вы правы, — согласился господин Фирс, глава разведки, — И даже более того. Мои осведомители донесли, что в их кораблях имеется конструктивный недостаток. Между зоной обстрела бортовых и кормовых пушек очень обширная «слепая зона». Корабль, удерживающийся в ней, для их орудий неуязвим.

Леандр кивнул, сдержанно и величаво. Глядя на него, никто и никогда не подумал бы, что под этой ледяной маской скрывается хоть малейшая частичка человеческих эмоций.

Никто и никогда не подумал бы о том, что он волнуется за сына.

Военный совет длился уже второй час. По всем расчетам выходило, что несмотря на значительное численное превосходство халифата, Идаволл и Иллирия все-таки имели неплохие шансы отвоевать море. И все-таки, пока не было вестей об успехах Тэрла и его группы, приказа к наступлению Герцог не давал.

Ведь поспешить — означало убить Амброуса.

— Только одно меня беспокоит, — продолжил Фирс, — Несколько раз я получал донесения о других кораблях. Более легкие, быстрые галеры, укомплектованные скелетным экипажем. Большая часть гребцов на них имеет чуть более светлый, чем у остальных солдат халифата, оттенок кожи. Мои осведомители считают, что это рабы.

— Это весьма вероятно, — заметил Ольстен, — Корабли, оснащенные пороховыми орудиями, не нуждаются в такой маневренности и с давних времен часто используют рабов или каторжников в качестве гребцов.

— Вот только на этих кораблях нет никаких орудий. Абордажных команд тоже нет, напротив, экипаж сведет к возможному минимуму. Но при этом они идут с полной загрузкой. Опять же, будь это торговцы, это все объяснялось бы обычной жадностью, но в зоне боевых действий…

— Брандеры, — прервал его Леандр, — Ты это хочешь сказать?

— Да, Ваша Светлость, — кивнул разведчик, — Именно так.

Герцог задумался. Брандеры никак не могли обеспечить черным победу. Но что они могли сделать, так это заставить Идаволл нести большие потери. Размен один к одному будет в пользу тех, кто теряет рабов, а не профессиональных моряков. Кроме того, была и другая беспокоящая информация: о том, что халифат многократно превосходит страны Полуострова размером территории. А это означало преимущество и в людских, и в материальных ресурсах. Хотя по словам Килиана, Дозакатные представляли Черный Континент как покрытый пустынями, едва ли они могли покрывать ВСЮ его территорию. А из этого, в свою очередь, следовало, что где-то на континенте могло хватать и запасов корабельного леса.

— В любом случае, погибнут многие. Главное сейчас — удержать брандеры на расстоянии во время прорыва…

Его рассуждение прервало появление слуги с докладом.

— Ваша Светлость, к вам посланник от эжена Нестора.

— Впустите, — распорядился Леандр.

Ему стоило немалого труда сохранить лицо и не сформулировать свой приказ как «Впустить немедленно». Герцог догадывался, какую весть может везти гонец, и если он прав…

Посланник не обманул его ожиданий. Он был весь покрыт дорожной пылью; явно мчался на перекладных, со скоростью в восемь, а то и девять раз превышающей скорость обычного всадника. Но за услышанное в донесениях на неподобающий вид можно было закрыть глаза.

— Эжен Нестор приказал передать, — усталым, срывающимся голосом сказал гонец, — Что маркиза Леинара пришла в себя. Хотя какое-то время она еще будет слаба, проклятье полностью ушло из ее крови.

— Прекрасно, — величаво кивнул Герцог.

О его сыне новостей не было. Но раз проклятье ушло, значит, Тэрл, Килиан и Иоланта добились своей цели. Сейчас уже не было смысла следовать указаниям халифа Мустафы.

Можно было нанести ответный удар.