Смешно, но её Килиан никогда не прогонял. Не мог он заставить себя считать ее шпионкой, — даже после того, как она развеяла чары на Лейле.

Откуда-то он знал, что что бы она ни узнала о его возможностях, она не воспользуется этим против него. И кажется, в первые в жизни он доверял тому, что он просто знал; тому, что не основывалось на логическом анализе или научных теориях.

На том, что он доверял Лане.

— В записях колдунов Халифата рассказывается о создании стабильных кристаллических решеток, — пояснил ученый, — Ты могла заметить, что когда я использую Повышение или Понижение, и результатом становится вещество с естественным твердым состоянием, у меня всегда получается пыль. Расстояние между атомами изменяется; старая кристаллическая решетка разрушается, а новая образуется как попало. В результате количество атомов, соединенных одной решеткой, оказывается совсем небольшим.

— А что должно получиться, если она образуется «не как попало»?

О том, что такое кристаллическая решетка, девушка спрашивать не стала.

— Тогда я смогу придать твердому веществу любую желаемую форму, — ответил Килиан, — Халифат использовал такие чары, как минимум, для строительства. Если помнишь, на том острове была целая крепость, выстроенная одной лишь магией. А у меня даже проволоку изогнуть нормально не выходит...

— Не ной, тебе не идет, — весело заметила девушка, — Я же знаю, что ты подумаешь немного и разберешься.

— Надеюсь...

Ученый сказал это нейтральным тоном, но на душе у него потеплело. Чувство, что в него верят, немного помогало от внутренней пустоты, поселившейся в нем с тех пор, как он разочаровал Владычицу.

Какое-то время Лана внимательно смотрела на него, а затем лукаво улыбнулась:

— А хочешь небольшую подсказку?

— Наша магия работает по-разному, — напомнил Килиан, — Вряд ли то, чем пользуешься ты, поможет мне, и наоборот.

— Возможно, — как-то загадочно ответила она, — Но ты ведь последнее время чувствуешь, что колдовать тебе стало сложнее, не так ли?

— Откуда ты знаешь?..

Килиан приложил массу усилий, чтобы никто не узнал об этих трудностях. По крайней мере, пока он не разберется в их причине. Но получается, Лана знала с самого начала?..

— Мы не такие разные, как тебе кажется, — ответила девушка, — И попробуй сейчас не ориентироваться на то, что проще, а что сложнее.

— В смысле?..

— Не начинай с малого, — терпеливо пояснила чародейка, — А начни с того, что вызвало бы у тебя самого сильные эмоции. Возможно, с чего-то, связанного с важными для тебя событиями... Или людьми.

Ученый задумался. Если способность складывать два и два не изменила ему, сейчас Лана прозрачно намекала, что его магия адепта все-таки родственна её магии эжени. И хоть и не нуждается в эмоциях как в топливе, но может использовать их в качестве... усилителя? Стабилизатора? Стабилизатор ему сейчас был нужнее, чем усилитель. Но как это возможно чисто технически?

Килиан знал, что эжени не нуждаются во внешних источниках энергии, потому что необходимую энергию производит сам их мозг. Но он не был эженом. Его эмоции были бесполезны.

Но что, если он ошибался?..

Вряд ли он, конечно, ошибался. Не было у него такой привычки. Но с другой стороны, возможно, он напрасно считал мозг эжени и мозг обычного человека принципиально разными структурами? Ведь телекинез, лежавший в основе магии адептов, все же действовал, пусть и лишь на мельчайшие частицы. Значит, какую-то энергию мозг обычного человека все же производил. Пусть и несопоставимо меньшую.

А это значило, что для магии адептов может пригодиться и опыт магии эжени. Единая теория всего. Почти как квантовая гравитация.

В конце концов, что он теряет, если хотя бы рассмотрит эту теорию?..

Килиан положил еще один кристалл серы в реторту, которая должна была перегнать производимый газ в отдельную герметичную емкость. Сотворив привычное заклинание, он Понизил серу до хлора, получая новую порцию энергии. После чего направил ее на оставшиеся от прошлых экспериментов обрывки проволоки, заставляя атомы меди выстраиваться в форму, порожденную его желанием.

Секунда. Вторая. Метроном отмерял секунды, на протяжении которых кристаллическая решетка... не распадалась!

И Килиан протянул Лане изящную медную розочку, по форме идентичную настоящей.

— Это тебе, — сказал он, — И спасибо. За все.

Со светлой улыбкой чародейка приняла украшение. Килиан уже давно знал, что она не любит, когда мужчины дарят ей цветы. То есть, её радовал сам знак внимания, но она расстраивалась, когда цветы начинали увядать.

Что ж, этот цветок не увянет никогда.

Заплетя его в свои волосы за ухом, Лана кивнула на три лежавших на столе кристалла:

— А это что?

Килиан вздохнул.