Джордж — это глава одной из зажиточных семей в деревне, что процветает — если так вообще можно говорить хоть о чём-то в этой деревне — за счёт успехов в аграрном хозяйстве. Выражаясь чуть точнее, во многом благодаря им деревня ещё существует.

Винсент и Зигмунд — уже знакомые персоны.

А Флора — это как раз местная бабка-травница, с которой я за все эти дни так ещё и не успел познакомиться, хотя и виделся несколько раз. К слову сказать, я не просто так откладывал знакомство с ней — ещё с нашей первой встречи, когда она вышла на площадь встречать освобождённых рабов вместе со всеми остальными, я сознательно старался её избегать.

Этот её взгляд… Бр-р-р-р… Аж дрожь берёт… В этом плане она даже хуже Дофа, а мне казалось, что это невозможно…

И всё же страху нужно смотреть в глаза, ибо тварь я дрожащая или право имею? К тому же сама по себе она, к сожалению, может оказаться важным членом нашего маленького коллектива. Так что выбора у меня не было — нужно было сжимать покрепче зубы, брать себя в руки и идти наперекор желанию спрятаться у себя дома, набрать побольше еды и забаррикадироваться на несколько лет, пока она естественным путём не откинется.

— Да так, ни о чём, — вынырнув из собственных мыслей, ответил я Дофу. — Просто зайти, познакомиться. Получается, ещё заодно попрошу её пройтись с нами…

— Хохофо! Я тохда опофеху фсех охтальных! Ко схолхи нам хобиаться?!

— Эм… К полудню, у ворот.

— Понял!

На этом наш небольшой диалог закончился. Он развернулся и ушёл по делам, а я зашёл домой, улёгся на кровать и взялся за книги, читая понемногу одну за другой.

Так я провёл несколько часов, переворачиваясь с одного бока на другой.

Когда же я отлежал всё, что можно было, поднялся и принялся за тренировки. Ничего серьёзного, и длились они недолго, однако даже так вслед за усталостью я ощутил приятный прилив сил и бодрости. Время к тому моменту как раз подходило к полудню, так что, немного передохнув, я вышел из дома, направившись к травнице, хижина которой находится на краю деревушки, чуть вдали от остальных жилищ.

Помимо этого, её домик выделяется своим внешним видом: под навесом весит куча пучков разных сушёных трав, большая часть из которых мне незнакомы, у двери стоят заполненные чем-то глиняные горшочки, и на старой лавочке расположены деревянные лотки с кореньями, рядом с которыми, разлёгшись во всю длину, спит рыжий кот.

Стоило же чуть приблизиться к этому дому, как в нос сразу ударил запах растений и чего-то горького, отдалённо напоминающий запах аптек и больниц.

Из-за этой ассоциации желание подходить к нему отпало вовсе — уж не знаю почему, но все знакомые мне парни, включая меня самого, избегают подобные места, пока в моменте ситуация не станет совсем уж плохой. Но и тогда не факт, что придётся идти туда — порой можно сразу браться за лопаты.

— Чего стоишь, смотришь?! — раздался старческий крикливый голос из окна. — Заходи, коль пришёл!

Обернувшись на голос, увидел её — низкую, старую как говно мамонтов, дряхлую, сморщенную старуху с пугающей, кривой ухмылкой на лице.

— Ага…

Неторопливо потопав, вскоре ухватился за ручку двери. Принимая неизбежность происходящего, потянул ту на себя и на удивление с лёгкостью открыл её — совсем не то мучение с дверью выделенного мне домика, с которым мне приходится сталкиваться каждый день…

Зайдя же внутрь, сопутствующий запах лишь усилился, а я… оказался в неожиданно приличном месте.

И не то чтобы внутри оказалось супер чисто, прибрано и тому подобное. Просто я ожидал встретиться с тёмным логовом сумасшедшей старухи, поехавшей на всю голову на фоне всевозможных ведьминских обрядов, однако ждало меня совсем иное, едва ли не полностью противоположное…

Внутри оказалось светло, отчего весь страх тут же испарился.

На стенах то тут, то там висят всё те же всевозможные связки сушёных трав, корни, пучки ярких разноцветных ягод, грибы на нитях и мешочки с, судя по всему, порошками внутри.

Помимо этого по всему дому на стенах в три уровня также идут полки, заполненные всякой всячиной: ножами разных форм и размеров, глиняными и даже редкими стеклянными бутылочками, плошками с, кажется, сушёными листьями внутри, тряпками и бинтами, нитками с иглами и, если не ошибаюсь, то эта фигня называется ступкой, а которой давят всякую фигню внутри неё… Эм… пестиком? Не уверен…

У левой же стены расположено спальное место и, на удивление, оно у неё с виду ничем не выделяется: стандартная для этих мест старенькая низкая кровать с лежащими на ней грубыми одеялом и подушкой, а также стоящим рядом простеньким сундуком.

От такого даже чуть спокойней на душе стало.