— Это я, — раздался с другой стороны двери тихий голос Мэйв. — Можно войти?

— Д-да… Разумеется, да!..

Блять, ну почему именно сейчас?! Падай член, падай!

— Эм, откроешь дверь?

— Она открыта, заходи.

Загромыхав, дверь начала понемногу открываться, но возникла та же проблема, что и у меня чуть ранее — цепляясь за пол, она не поддавалась дальше, остановившись примерно на полпути. Несколько резких, дёрганых движений от Мэйв под громкий скрип, но результата ноль — дверь с места не сдвинулась. И вот, видимо, вцепившись в ручку обоими руками и навалившись всем телом, она наконец открыла её.

— Я уже и забыла об этом, — проговорила она, зайдя внутрь и с тем же трудом закрыв дверь.

«Забыла»? А, точно, она же утром заходила ко мне.

— Я починю. Потом.

Может быть.

— Можно я… — переминаясь с ноги на ногу, стеснительно произнесла она, — посплю сегодня с тобой? Не подумай только ничего странного! Просто после сегодняшнего я не могу быть одна.

После чего конкретно — уточнять было незачем — и так всё очевидно. И пускай я плох в утешениях и моральной поддержке, но и придурком в такой момент совсем не хотелось быть.

— Да, хорошо, — смущённо произнёс я, отодвинувшись к стене.

Кровать так-то совсем небольшая, односпальная, но мы оба те ещё дрыщи, так что места должно хватить. Пускай и впритык.

— Спасибо…

Пройдя к столу, она окинула меня робким взглядом через плечо и после, несколько нерешительно помедлив, потянула за шнурок плаща. Сняв и аккуратно сложив его на спинку стула, повернулась ко мне, открывая вид на себя… в ночнушке. Самой обычной, лишённой всяких изысков белой ночнушке, что заканчивается аж у самых щиколоток. Совершенно никакой сексуальности, чистое удобство.

Правда, не в её случае, ибо пускай и совсем слабо, но из-за света луны, пробивающегося сквозь закрытые ставни окна, ночнушка просвечивает, открывая взору очертания её ручки, подмышки, груди, талии и ножек…

Из-за такого зрелища вылезать из-под одеяла теперь было категорически нельзя.

— Ты… — заговорила она, медленно пройдя и осторожно сев на край кровати, выдерживая идеальную осанку, — уже придумал, что делать с теми людьми?

— «Теми»?

— Рабами.

— В плане?

— Ну, если они останутся, им нужно дать работу и помочь построить своё жильё, ведь свободных домов на всех не хватит…

— А, это. Да придумаем что-нибудь.

— Ещё и если их начнут искать, у нас могут возникнуть проблемы…

— Не понял…

— Ты же сам сказал, что работорговцы работали на местного лорда. Когда поставки рабов задержаться, он отправит людей на поиски работорговцев, и тогда они могут выйти на нас.

Бля, я об этом вообще не подумал. Теперь понятно, почему та тянка переспрашивала насчёт их заселения в деревне — они ж ходячие улики. Кстати, а не слишком ли это, сука, существенная проблема для старта?! Хотя, лан, может ещё пронесёт.

— Это же всего одна партия и одна группа. Вряд ли какой-то лорд будет из-за такого пустяка париться.

— Наверное, ты прав, — и, повернувшись ко мне, тихо спросила: — Я прилягу?

— Да, конечно…

— Можешь тогда… повернуться спиной?

— Угу.

Уже вскоре, спустя несколько неловких движений, мы лежали спина к спине в тишине, прерываемой лишь звуками природы и тихих разговоров, доносящихся откуда-то издалека.

— Кем ты был в своём мире?

— Никем. Учился только.

— По тебе видно.

— Это ещё в каком смысле?

— Тело нетренированное. Руки мягкие, без мозолей.

— А, вот ты о чём.

— А на кого учился?

— Сложно описать. В вашем мире ещё нет ничего подобного.

— Понятно. А как учился?

— Хорошо.

— Правда?

— Эй, это ещё что за нотки недоверия?!

— Прости-прости, ха-ха, — мило рассмеялась она, отчего на душе стало теплее. — Просто порой ты ведёшь себя очень…

— По-идиотски?

— Я хотела сказать «неразумно», но твой вариант мне нравится больше, ха-ха. К слову… Прости, что накричала на площади.

— Забей, пустяк. Тем более ты была права — меня и впрямь занесло немного.

— Не «немного».

— Только не начинай…

— Ладно-ладно, ха-ха, — после этого её непродолжительного смеха, приносящего спокойствия в душу, ненадолго воцарилось молчание. Но её явно что-то сильно беспокоило, и потому вскоре она вновь заговорила, спросив: — Думаешь, у нас что-то выйдет?

— С деревней-то? Кто его знает. Отвечу как в прошлый раз: у нас нет другого выбора, кроме как идти вперёд.

— Мог бы хотя бы сейчас соврать, — обиженным голосом, словно надув щёчки, произнесла она. — Насчёт сегодняшнего…

— Да?

— Мне нужно…

Остановившись на полуслове, она замолчала.

— Что такое?

— Я… хотела извиниться за кое-что. Но иногда действия лучше любых слов, и думаю, это как раз тот случай…