Как бы это ни было прискорбно признавать, но она говорит по факту: то, что у меня появилась сила предыдущего Императора, не делает из меня кого-то великого — да, у меня есть какая-то сила и много маны, но на деле-то я всё тот же обычный вчерашний студент, у которого на простое освоение в другом мире уйдёт прилично времени; ну и её случай, считай, аналогичен — пускай она и была призвана как некая «первая спутница».

Так что ждать много от нас точно не стоило. И всё же…

— А что нам ещё остаётся? Нет, не подумай: я не один из тех безнадёжных оптимистов, которые в любой ситуации говорят, что всё в отлично. Наоборот — на мой взгляд, если не лукавить, мы в полной жопе. Прям такой огромной, вонючей, жирной, немытой жопе в черкашах.

— Фу…

— И всё же! А что нам ещё делать, кроме как пытаться двигаться дальше? Уж не знаю, как ты, но я не хочу всю оставшуюся жизнь жить в загнивающей деревеньке, жрать один чёрствый хлеб и срать в очке!

— «Очке»?..

— Ну, деревенский туалет с круглым отверстием внутри.

— А почему «очко»?..

— Потому что похоже на очко.

— Эм… ладно.

— Неважно! Главное — ты поняла мою мысль: если уж выбраться из этой деревни невозможно для меня, то я собираюсь возвести из неё город, лишь бы улучшить собственные условия проживания!

И снова пафос. Дохуя пафоса. Я аж главным героем эпического романа себя на время почувствовал.

— Не хочу тебя расстраивать, но так называемое «очко» и в городах используется.

— Да?

— Да.

— Пиздец. Разве канализации придумали ещё не до нашей эры? Чёртово грязное средневековье. Ладно, тогда сами создадим канализацию!

— Прямо как та, что была в Великой Империи?

— Она была в Империи?

— Да. После краха Империи многие государства пытались её восстановить — кто-то более успешно, кто-то менее — но, в целом, это ни у кого так и не вышло из-за недостатка знаний. Слишком уж много тонкостей оказалось в этом деле. А ты что, в этом разбираешься?

— Ну, не совсем…

-… — поникнув, отвернувшись от меня, молча пошла она дальше.

— Да блин, что там тяжелого?! По-любому по ходу дела разберёмся! Тем более, как бы этого не хотелось, но это не первостепенная задача! Для начала нам надо эм…

А чо нам, собственно, надо было?

— Провести инвентаризацию.

— Точно! Если так подумать, здесь же условия прям как в играх-стратегиях! Узнаём имеющиеся ресурсы, изучаем и используем по полной имеющиеся подконтрольные территории, немного улучшаем тут, строим там и постепенно осваиваем новые, открывающиеся места. Всё же просто!

— Говоря об «играх», ты подразумеваешь «видеоигры»?

— Да, а ты откуда о них знаешь?

— Другие иномирцы часто о них рассказывали. И звучит это как развлечение для неуверенных в себе девственников, которые бояться реального мира. Бояться в нём жить здесь и сейчас и развиваться.

— …

-?

— Нет.

— Что «нет»?

— Нет — и всё. Закрыли тему. Проехали.

Закатив глаза и устало вздохнув, она меня не послушала и продолжила тему, спросив:

— Ты хотя бы силён в этих «играх-стратегиях»?

— Не то чтобы. Я больше по стрелялкам всяким, ну и дотке, конечно.

— Ужас. Звучит как нечто отвратительное, созданное для самых отбросов.

Какого хера?! Это что, шутка такая?! Этот сранный, неправильный мир меня ещё и дрочит?! И самое обидное — даже в ответ сказать ведь нечего!

— Эт чо такое? — спросил я, отвлёкшись от гневных мыслей на огни вдалеке. — Селяне?

— Нет. Прячемся, — заявив это с серьёзным лицом, ухватила меня за руку, быстро утащив с тракта в ближайшие кусты. Оказавшись же в них, аккуратно выглядывая, она объяснила: — Помнишь, я вчера объясняла, что это место — граница тёмных земель?

— Да, и что?

— Станет ли в таком месте проезжать честный торговец?

— Эм, вряд ли? Значит…

— Отсюда плохо видно, но кажется… это работорговцы.

Глава 6

Что мы знаем о работорговцах?

Ну, это такие типчики, которые поставляют в личное пользование сиськастых нэко-тя… Ой, то есть… Кхм-кхм… Я хотел сказать, это очень нехорошие люди, которые вероломно посягаются на свободу и жизни других людей! И вообще, без них мир был бы лучше! Да, вот так!

А раз это нехорошие люди, значит что? Значит, у нас есть полное моральное право сделать им плохо! Ведь вор, укравший у вора, и не вор вовсе!

Это же так работает, да? Ладно, неважно.

Главное — они плохие работорговцы, а мы — хорошие спасители, что не только выручат в тяжёлую минуту, но ещё и пригреют у себя в деревне. Ну а то, что мы таким образом увеличим количество рабочей силы и получим ещё ряд вытекающих из этого плюшек — так это всего лишь совпадение, не более того.

— Двенадцать, — закончил я пересчитывать.

— Что?

— Говорю, их двенадцать. И, кажется, они разбивают лагерь. Повезло. Тебе нужно время на подготовку или что-то типа того?

— Д-для чего?..

— Ну ты же собираешься их спасать?

Конечно, собирается.

— Да…