Он взял ее за руку и завел в дом. Она как будто бы перенеслась в прошлое на машине времени: гостиная совсем не изменилась, под ногами все тот же оранжевый ковер с рельефным рисунком, у стены диван в коричнево-золотисто-оранжевую клеточку, а на приставных столиках лампы с плафонами из желтого стекла и выключателем на цепочке.

– Не хватает только ультрафиолетовой лампы, – широко улыбнулся Люк, доставая из зеленого, как авокадо, холодильника пару бутылок пива. – Воздух спертый. Наверное, арендаторы курили. Пойдем на крыльцо?

– Да, как раньше.

Вслед за Люком Вайнона вышла в залитый цементом двор. Слева ржавел мангал, и увядшие герани печально поникли в цветочных горшках у перил, но даже это не портило вида. Как и Уотерс-Эдж, этот участок земли выходил на Канал, блестевший серебром на закате дня, а на противоположном берегу виднелись покрытые снегом зубчатые вершины Олимпийских гор. Густая поросль скрывала соседний участок. Они сели на двухместные качели – некогда самое любимое место Вайноны в целом мире.

– Начнем с начала, – сказал Люк, открывая пиво и откидываясь на спинку качелей. – После того как мы переехали в Монтану, я в итоге пошел в Вашингтонский университет учиться на ветеринара. Специалист по крупным животным. А ты где училась?

– Висконсинский университет, юрфак.

– А я думал, ты уедешь посмотреть мир. Удивился, что ты домой вернулась.

– Я дома нужна. А ты? До Австралии добрался?

– Нет. Слишком много кредитов за учебу.

– Понимаю тебя.

Она засмеялась, но потом вдруг стало слишком тихо.

– Ты женат? – несмело спросила она.

– Нет. А ты замужем?

– Нет.

– Влюблена?

Она невольно повернулась к нему:

– Нет. А ты?

Люк покачал головой:

– Наверное, пока еще не встретил ту самую девушку.

Вайнона откинулась на спинку качелей, уставилась вдаль.

– Твоя мама, наверное, расстраивается, что ты уехал так далеко.

– Не-а. У Каролины четверо детей, а мужа нет. Так что маме скучать некогда. И она знала, что мне на месте не сидится.

– В смысле?

– Иногда приходится поискать свою судьбу. – Он глотнул пива. – А твои сестры как?

– Хорошо. Несколько лет назад Аврора вышла замуж за парня по имени Ричард – он врач, – у них двойняшки, четыре годика. Рики и Джейни. Думаю, у них все хорошо, но по Авроре не понять. Она хочет, чтобы все были счастливы, поэтому о своих проблемах не рассказывает. А Виви-Энн все такая же. Импульсивная. Упрямая. Сначала делает, а потом думает.

– По сравнению с тобой, люди вообще мало думают.

Как тут было не рассмеяться:

– Что тут скажешь? Умнее меня никого нет.

Они еще посидели-помолчали, глядя на необработанное поле и потягивая пиво, а потом Люк негромко сказал:

– По-моему, я вчера видел, как Виви-Энн выезжает с заправки.

Что-то в его голосе насторожило Вайнону.

– Это она в Техас ехала. Она хорошо зарабатывает на родео по выходным. И знакомится с красавчиками-ковбоями.

– Неудивительно. Она сама красавица, – сказал Люк.

Всю жизнь Вайнона слышала, как мужчины называют ее сестру красавицей, обычно добавляя: «Как думаешь, она согласится пойти со мной на свидание?» И сейчас почувствовала, как вся деревенеет, теряя надежду, которую так глупо себе позволила. «Знай свое место», – чуть не пробормотала она вслух.

И вообще, о чем она только думала? Слишком уж Люк красивый для такой, как она, бессмысленно хоть на что-нибудь рассчитывать. Особенно теперь, когда он уже увидел красавицу Виви-Энн.

– Дома хорошо, – сказал он, толкнув ее плечом, как делал это, когда они были детьми, когда были лучшими друзьями, и вдруг все ее здравомыслие улетучилось.

– Да, – ответила Вайнона, не осмеливаясь взглянуть на него. – Хорошо, когда ты дома.

Глава вторая

Весь следующий день Вайнона говорила себе, что он не позвонит, но все равно с тоской посматривала на телефон, подскакивая всякий раз, когда раздавался звонок.

Один день.

Всего один день прошел после вечерних посиделок на качелях с мужчиной, который некогда был ее лучшим другом. Один день. Конечно, ему еще рано звонить. Может, он и вообще не позвонит.

В конце концов, она настоящая слониха. С чего бы такому красавчику, как Люк Коннелли, приглашать ее на свидание?

– Сосредоточься, Вайнона, – сказала она, просматривая бумаги, которые Люк передал ей вчера. Она сделала множество пометок: кое-что нужно с ним обсудить, принять меры для защиты его интересов. Помимо профессиональной оценки, она и с чисто человеческой точки зрения сомневалась, что Вуди Мурмен – подходящий партнер, всем было известно, что он крепко выпивал и с годами растерял клиентов.

Она закрыла папку Коннелли и открыла протокол допроса сына Смита. На несколько часов Вайнона погрузилась в работу, а когда время близилось к пяти, закрыла кабинет и поднялась наверх.