Он пытается, видимо, за мной бросится, но Алиска явно на нём повисает, слышу её вой, свекровь, отчитывает Настю, что-то говорит Алисе, Косте, но я уже ничего не слышу.

В голове вакуум.

Добегаю до заветной двери, залетаю, закрываюсь изнутри…

Как хорошо, что тут не общая уборная на несколько кабинок, тут несколько дверей в общем коридоре.

Прислоняюсь спиной к двери, стекаю вниз, глядя на свои руки, алые словно в кровавой пене.

Закрываю глаза, чувствуя, как сквозь густой веер ресниц просачиваются крупные горячие слёзы.

Господи…почему?

Ну, почему?

Какая пошлость, гадость, грязь…

Почему это происходит со мной? Почему снова со мной?

Кое-как поднимаюсь. Смотрю на себя в зеркало, чуть не отшатываясь в ужасе.

Бледная как смерть, с чёрными кругами под глазами, с потёками туши.

Нежно голубое платье в алых пятнах. И алые же кисти.

Картинка как из фильма ужасов.

Открываю воду, погружаю в неё ладони, закрываю глаза…

День рождения любимого мужа превратился в такой вот нелепый фарс.

И что же дальше?

Что мне делать дальше?

Глава 3

Глава 3

Рефлексировать и рыдать бессмысленно.

Я просто в ступоре.

Сначала смываю остатки сладкого крема и муссовую массу с рук, алые пятна въелись в кожу, а ведь кондитер уверяла, что красители все натуральные!

Это уже не важно.

Ничего не важно.

Торт, день рождения, гости, ресторан.

Мой Костик трахался с Алисой…

Забегаю в кабинку и меня выворачивает желчью.

Господи… он же её ребёнком знал! Ребёнком!

Как это возможно?

Это какая-то ужасная, мерзкая, отвратительная пошлость.

Костик и Алиса.

Ему сорок семь, ей двадцать два…

Надо взять себя в руки.

Я не тряпка. Я не терпила.

Я не буду удобной ни для кого. Ни для мужа, ни для свекрови…

Он еще посмел мне угрожать!

Что ж…

Умываюсь, смываю с лица грязь, поплывшую косметику. Волосы в пучок собираю на затылке.

Так.

Надо выходить.

Надо показать, что я держусь.

Что он сказал – во мне нет огня?

Хочется выйти и такой огонь ему показать!

Да, на самом деле я уже показала.

Торт по их наглым мордам размазала!

Платье жалко…

Эта сучка порвала моё новое коллекционное платье!

Я сама виновата. Зачем было давать его ей? Хотела как лучше.

Добрая тётя Марта.

Которая, оказывается, должна была знать!

Должна была знать, что муж потрахивает ровесницу сына?

Что делать?

Что мне теперь делать?

Разводиться. Да. Это однозначно. Разводиться.

Вспоминаю, что муж сказал мне напоследок. Как угрожал.

Костя! Мне! Угрожал!

«Уничтожу, размажу, играть по его правилам».

Почему он так уверен, что я буду играть по его правилам?

И почему так уверен, что уничтожит?

По закону… если всё по закону, то бизнес делится? Мой и его. Его бизнес гораздо более серьёзный, он за него не боится?

Ни за что не боится?

Квартира – наполовину военный сертификат, и ипотека. Выплатили в браке. И это тоже делится.

Легкий стук в дверь.

У меня такой звон стоял в голове в первый момент, когда я закрылась, и вода шумела, я даже не поняла, окончился ли скандал в коридоре. Куда делись все?

Мне пора выйти, но я не уверена, что смогу.

Там, в зале ресторана мои родители, мой сын.

Они ничего не знают и не должны знать.

Не сегодня.

И не потому, что я не хочу устраивать скандал тут, при всех гостях.

Я не хочу, но дело не в этом.

Не в том, что я не хочу портить праздник мужу. Я уже его ему испортила.

Остался без торта, бедненький!

И без финала. Не кончил. Или они с Алисой снова уединились и всё доделали?

Стук повторяется.

- Марта, это я. Открой.

Настя.

Мать этой самой…

Но Настя ни при чём. Настя сама дочери выписала хорошую оплеуху.

Это же не могло быть частью шоу?

Подруга скрывает от подруги правду, и пытается себя прикрывать?

Было бы слишком.

Не важно.

Всё не так важно.

Открываю дверь, Настя заходит.

- Марта…

Вижу, как подбородок трясётся, и в глазах слёзы стоят.

- Я не знала… Я не хотела… Я… я просто в ужасе.

Что сказать? Не больше чем я, наверное.

- Как ты? У тебя опять? – она показывает на своём горле подобие удавки рукой, намекая на мои проблемы.

Мутизм. Да. Это он.

Природа у этого явления разная. Но это чисто психологическая история.

То есть физически с моими связками и горлом всё в порядке, но они не работают. Как будто сигналы из мозга не поступают. И в мозг тоже.

Можно обратиться в клинику, есть уколы, которые помогают.

Но сейчас мне точно не до этого.

- Чем тебе помочь? – Настя смотрит виновато.

Я плечами пожимаю. Чем поможешь?

Тут уже ничем не поможешь.

Вижу у неё телефон в руке, показываю жестом – дай.

Она даёт, я открываю нашу с ней переписку в мессенджере.