Теперь они использовали новые приёмы: называли Лили «кокеткой», спрашивали, влюблена ли она в Рика Хэнсона — делали всё возможное, чтобы вывести её из себя.

— Игнорируй их, Лили, — сказала Эбби, пока они быстрым шагом шли к дому.

Но как только она оказалась в гостиной, то замерла как вкопанная.

На диване сидел Уэс, а на стуле напротив него — шериф Роджерс.

— Как ты сюда попал? — резко спросила Эбби, сверля Уэса взглядом.

Он тяжело вздохнул.

— Ева дала мне ключ.

Эбби решила, что попозже их с матерью ждет серьёзный разговор.

— Я, кажется, ясно выразилась, что не хочу тебя видеть, — продолжила Эбби, игнорируя присутствие шерифа. — И видеть не хочу и разговаривать с тобой не собираюсь.

— Эбби, ты можешь не устраивать скандал прямо сейчас? — устало спросила мама.

Лили тем временем сосредоточилась на шерифе Роджерсе.

— Это из-за той фотографии? Фотографии Рика?

Вопрос застал его врасплох.

— Эта фотография — полная чушь! Просто Хэнсон хватается за любую соломинку.

— Тогда в чём дело, Томми? — поинтересовалась Эва.

На его лице было искреннее сожаление.

— Боюсь, мне придётся отвезти Эбби в участок.

Лили ахнула и осторожно перехватила Скай поудобнее.

— Почему? Что случилось? — тихо спросила она.

— Мисси Хэнсон подала заявление о преследовании. Я уверен, это недоразумение, но мне всё равно придется забрать тебя с собой, Эбби, — мягко произнес шериф.

Мама выступила вперёд, глаза её сверкнули.

— Томми, ты шутишь? Эбби никого не преследовала. Это безумие. Когда, ради всего святого, она бы успела…

Тут мама внезапно поняла, что в обвинении, вероятно, есть доля правды, и её глаза вспыхнули уже от гнева.

— Господи, Эбби, о чём ты вообще думала?

Эбби знала, что подразумевалось: «Почему ты вечно всё портишь?».

Она не стала отвечать. На мнение мамы ей было наплевать. Сейчас она могла думать только об этой стерве, Мисси Хэнсон.

 Какой же тупой сукой надо быть…

Она повернулась и увидела, что Лили смотрит на неё.

— Эбби, что ты натворила? — негромко спросила Лили.

— Она назвала тебя лгуньей, Лилипад, — ответила Эбби, желая, чтобы сестра её правильно поняла. — Она выступала по телевизору и на весь мир заявляла, что это ты виновата. Что ты сама этого хотела. Она показывала ту фотографию…

Шериф Роджерс поднял руку.

— Эбби, ни слова больше. Пожалуйста. Ничего не говори.

Лили в отчаянии схватила шерифа за руку.

— Вы не можете этого допустить. Именно так Рик и действует. Так он всех контролирует. Манипулирует другими людьми, — голос Лили становился всё громче.

Шериф Роджерс успокаивающе похлопал её по руке (видимо, он привык иметь дело с истеричными женщинами).

— Всё будет хорошо, Лили. Я не выпущу Эбби из виду. Мы её оформим, внесём залог, и она вернётся домой раньше, чем ты успеешь соскучиться. Хэнсон до тебя не доберется. Ты теперь в безопасности.

Уэс обратился к Эбби, пока шериф брал её под руку:

— Я уже позвонил адвокату. Он встретит нас в участке.

Эбби его не слушала. Она смотрела на Лили, которая была готова разрыдаться — нет, по её щекам уже текли слёзы.

Эбби изо всех сил старалась не показывать, как ей стыдно. Она встретилась взглядом с сестрой.

— Не волнуйся обо мне. Я не позволю этому ублюдку причинить нам боль.

Шериф Роджерс повёл Эбби к выходу. Она оглянулась и увидела, что Лили смотрит им вслед, а рядом с ней стоит Уэс. Он взял Лили за руку и что-то тихо прошептал ей на ухо.

 Что он делает?!

Эбби хотелось крикнуть ему, чтобы он убирался, но сейчас нужно было сосредоточиться на Мисси Хэнсон.

 Она сделает всё возможное, чтобы эта сука пожалела о том, что испортила им  идеальный день.

Боже, как же она будет сожалеть.

 ЛИЛИ

Уэс вёл машину, крепко сжимая руль и не отрывая взгляда от дороги. Его пикап направлялся в сторону полицейского участка. Лили сидела рядом на пассажирском сиденье и пыталась сохранять спокойствие. Она напоминала себе, что Эбби сделала это ради неё, потому что любила.

Не приходилось сомневаться в том, что Лили тоже готова на всё ради сестры. Она любила Эбби настолько, что оставила свою дочь и села в машину Уэса, чтобы поехать в полицейский участок вместе с ним. Она доверила Скай маме. Ей было тяжело расставаться с дочкой, но что поделать. Нужно было лично убедиться, что с Эбби всё в порядке.

Кроме того, она надеялась, что нынешние жертвы смягчат удар для Эбби, когда они с Уэсом снова сойдутся.

Но они ехали уже больше десяти минут, а Уэс ни разу даже не взглянул в её сторону. Казалось, будто её вообще нет в машине.