Не успела она и глазом моргнуть, как они стали неразлучны. Лили переживала свои первые настоящие взрослые отношения. Это была совершенно новая и неизведанная территория.  Если они проводили время вместе и Скотт вдруг затихал, Лили начинала переживать. Она что-то сделала не так? Он на неё злится? Вспылит ли он, сорвётся ли? Скотт постоянно успокаивал её:  

— То, что я не болтаю каждую секунду, не значит, что я расстроен. А даже если и так, даже если я с чем-то не согласен, я никогда тебя не обижу, — говорил он.

Она хотела ему верить. В теории это было легче, чем на практике. Лили боялась, что не сможет заниматься сексом, но Скотт был терпеливым и добрым. Это не значило, что она избавилась от страхов, связанных с сексом. Она ненавидела яркий свет и не любила своё тело. Иногда она становилась раздражительной и не хотела, чтобы к ней кто-либо прикасался. Доктор Амари напоминала ей, что это нормально, что ей просто нужно личное пространство. Но, как и во всём остальном, Скотт проявлял бесконечное терпение.

Теперь Лили знала, что такое настоящая любовь. Не подростковое увлечение. Не извращённая страсть с Риком. Любовь — это вот так. Лежать в постели, чувствуя, как сильные руки Скотта обнимают её. Учиться, лежа бок о бок на покрывале на лужайке в кампуса. Выходные в парке, где они играли в футбол со Скай. Барбекю во дворе и ночные наблюдения за звёздами.

Близкие поняли, что у них всё серьёзно, когда Лили познакомила его с Эбби. Сестра оценила его на десять из десяти.

— Он красавчик, Лил. И по уши в тебя влюблён.

Когда Лили думала об их будущем, то не знала, что их ждёт. Мысль о браке и других детях вызывала у неё тревогу. Скотт рассмеялся, когда она сказала, что пока не уверена, готова ли к обязательствам.

— У нас полно времени, Лил. Давай наслаждаться тем, что есть сейчас. Будем решать проблемы по мере их поступления.

«Решать проблемы по мере их поступления» было непростой установкой для человека, который годами планировал как бы пережить следующий день, но Лили была настроена решительно.

Дверь раздевалки открылась и Лили услышала крик тренера Полка.

— Давайте, дамы, шевелите булками! Чтобы через шестьдесят секунд все были на дорожках.

Сокомандницы Лили были сосредоточены и молчаливы, пока переодевались. Лили тоже приготовилась. Осталось только надеть майку с номером — номер восемь, в честь Скай. Она оглядела себя в большом зеркале. Волосы стали немного длиннее и она собирала их в хвост. Красный оттенок выцвел до светло-каштанового. Кожа была загорелой и сияющей и она набрала почти десять килограмм чистого веса. Она любила каждый набранный грамм. Она больше не была «толстушкой». Она была сильной. Здоровой. Спортсменкой. Лили наклонилась, натянула свои счастливые синие носки и направилась к выходу.

На стадионе было полно бегунов из других университетов и их тренеров. Сегодня было первое соревнование в новом сезоне и воздух звенел от напряжения, сопровождаемого восторженными криками друзей и родных.

Тренер Полк стоял возле стартовой линии, ждал, пока вся команда соберется вокруг него.

— Девушки, помните: от остальных вас отличает высокая концентрация. Стартуйте быстро. Финишируйте первыми. Мне плевать на общие рейтинги и на то, кто, по-вашему, лучше вас. Вы все тренировались и усердно работали, чтобы оказаться здесь сейчас. Вы преодолели непреодолимые препятствия.

Сокомандница Хизер сжала руку Лили и та улыбнулась.

— Победа — вот здесь. — Тренер постучал себя по голове.  — И вот здесь, — продолжил он, указывая на сердце. Сердца у нас больше, чем у какой-либо другой команды, выступающей на этом поле. Не забывайте об этом. На счёт три. Раз. Два. Три».

— Вперед, Бизоны!

Девушки дали друг другу «пять» и начали разминаться, каждая по-своему. Диктор поприветствовал всех, а Лили подошла к стартовым колодкам, подпрыгивая, чтобы размять мышцы. Солнце ярко светило, воздух был свежим и бодрящим.

— Вперёд, мамочка!

Лили мгновенно узнала голос Скай. Она оглядела трибуны и увидела свою семью. Скотт держал Скай на руках, а та размахивала плакатом: «№8 — ЭТО МОЯ МАМА!». Скотт перевернул плакат, и на обратной стороне было написано: «№8 — ЭТО МОЯ ГОРЯЧАЯ ДЕВЧОНКА». Лили расхохоталась, помахала им и послала воздушный поцелуй. Рядом с ними она увидела маму, которая держала Дэвида — он тоже махал ей пухлыми ручками.  Чуть дальше стоял Уэс, а потом она заметила Эбби. Эбби! Сестра была в толстовке с логотипом Бакнелл и сияла от счастья. Лили глазам своим не поверила. Она даже не надеялась, что Эбби сумеет прийти, а та, оказывается, стояла на трибуне и была готова болеть за неё. Лили понимала, чего это стоило сестре — оказаться в шумной толпе, рискуя привлечь к себе внимание прессы. Для неё это было невероятно ценным подарком.

Лили приложила руку к сердцу и Эбби сделала то же самое.