— Я стучался, — покачал я головой. — И мне интересно, на что же вы, матушка, подписали помощницу Марфы?

— На свадьбу, — просто пожала та плечами. — Ты же сам предлагал, чтобы Алену выдать замуж за Тихона.

В этот момент я заметил, как глаза девушки блеснули, а на губах расплылась торжествующая улыбка.

— Было дело, — кивнул я. — Но ситуация поменялась. У нас мастерская начинает работу. Нужны работники. Я составлял список мастериц, но большинство из них из других деревень. Пока лесопилка не заработает — выдергивать их не вижу смысла. Зато те мастерицы, что из нашей деревни, уже могут начать там работу. Пока отладят процесс, как раз и лесопилка вернется в строй. Я уже говорил с Аглаей, которую хочу туда поставить старшей. А Аленка, как я знаю, у мастерицы учится. И та о ней хорошо отзывается. Вот и подумал, что лучше ее в помощь к Аглае дать. Готовить многие девки умеют, а руками что-то собирать — тут уже талант нужен.

— Барин, мне и в помощницах Марфы очень нравится! — тут же испуганно воскликнула Аленка. — Позвольте мне здесь остаться! И если я замуж за Тихона выйду, то тут с любимым буду. А в мастерскую отправите — то мы и видеться не будем!

— Это когда он для тебя «любимым» стал? — усмехнулся я.

— Так я его давно знаю, — не растерялась девушка. — Потому в помощницы и просилась — поближе к нему быть!

— Выйди, — жестко приказал я Аленке, глядя прямо в глаза.

Та замешкалась, бросила умоляющий взгляд на мою маму, но не встретив там поддержки, поплелась вон из комнаты. Когда дверь за ней закрылась, мама спокойным тоном задала напрашивающийся вопрос:

— Может, объяснишь, что случилось? Почему ты так резко поменял свое мнение?

Говорить ей или нет? Я немного замешкался, обдумывая эту мысль, после чего выдохнул.

— Помнишь, ты переживала, что Пелагея меня совратить хочет?

Мама тут же поджала недовольно губы, начав догадываться, к чему я клоню.

— Так вот. Пелагея тогда палец о палец для этого не ударила. А эта Аленка месяц назад мне впрямую предлагала ее моей сералькой сделать. Я ей тогда отказал и она вроде как отступилась… Но что-то мне говорит, что она просто сменила тактику. И это не только мое мнение. Та Аглая, о которой я говорил… Она не только мастерица, но и подруга этой девки. Я в лоб ее спросил — готова ли она поручиться, что ее подруга образумилась и выкинула все те бредни месячной давности. И она не решилась взять на себя такую ответственность.

— Вот оно как… — процедила мама, а глаза ее вспыхнули от ярости. — Приживалкой решила стать?!

— Наказывать ее не за что, — тут же поспешил я успокоить мамин гнев. — Но и держать подле себя, как ты понимаешь, после такого я ее не рискну. И ты видела, как она начала цепляться за возможность задержаться у нас? Тихона «любимым» назвала. А я утром с ним разговаривал, спрашивал по твоему совету, что он думает о свадьбе. Тот очень удивился, и он абсолютно не знает, как к нему относится эта девка.

— Я тебя услышала, — медленно кивнула мама. — Сегодня же ноги ее не будет в нашем доме.

— Но помощница Марфе нужна, — решил я переключить мысли мамы в другое русло, чтобы она на Аленке не зациклилась. — Подбери девушку из деревни. Такую, которую можно за Тихона выдать. Можно у него спросить — кто ему там нравится. Уверен, умеющих готовить девок в деревне хватает. А крепкая семья слуг — это залог их верности.

— Можешь не учить меня прописным истинам, — фыркнула мама, немного отходя от первоначальной вспышки ярости. — Ладно. Говоришь, хочешь эту Аленку в мастерскую перевести?

— Да. Там она будет далеко от нашего дома. А если плохо будет работать…

— Продадим, — перебила меня она, — и дело с концом.

Меня покоробили слова мамы, но спорить я не видел смысла. Извинившись за такое неожиданное вторжение, я покинул ее комнату. Чтобы на выходе столкнуться с подслушивавшей нас девушкой. Та отпрыгнула от двери. В глазах промелькнул страх, а на глаза девушки навернулись слезы.

— Роман Сергеевич… за что вы так со мной? — всхлипнула она.

— Подслушивала, — проигнорировав ее попытку надавить на жалость, констатировал я. — И какая ты после этого служанка? Ну, раз все слышала — иди, собирай вещи, если что-то успела принести, и уходи. Завтра с Аглаей в мастерскую иди. Либо сейчас скажи — будешь там работать или нет?

Судорожно еще раз всхлипнув и взяв себя в руки, уже более твердым голосом та ответила:

— Буду, барин.

Больше ничего не говоря, дождавшись, когда я махну рукой, что отпускаю ее, она развернулась и ушла. Вот вроде бы я и правильно все сделал, а все же кошки на душе скребутся. Если бы я успел раньше с Аглаей поговорить, да маму предупредить о смене планов, то можно было более деликатно все устроить. Но чего уж теперь. Главное — больше эта девица не сможет мне жизнь портить. А попробует… ну, она слышала, что с ней будет.

***

— Ты мне больше не подруга! — с такими словами на подворье дома, где жила Аглая, залетела Аленка.

— Ты чего кричишь? — осадила ее Олеся Матвеевна — мать Аглаи.