– Мистер Тарнел… – Во мне вскипела злость. – Может быть, вы будете пить кофе в другом месте? В нашем городе полно кафе. С прекрасной, просто замечательной техникой. Которая… молчит. Удобно, правда? И для вас, и для меня, и для моих посетителей.

– К сожалению, вынужден ответить отказом, – сказал он совершенно спокойно. – В других кофейнях этого города кофе еще хуже, чем здесь. Поверьте, я изучил вопрос. А ваша кофеварка, несмотря на скверные манеры, варит его вполне сносно. Что касается ругательств… – Дознаватель усмехнулся. – Слыхал я вещи и похуже, чем “давай до свиданья”.

Делать было нечего. Я отдала ему чашку, он взял свою чашку и устроился за столиком у дальней стены – тем самым, за которым сидел утром. Достал из портфеля стопку бумаг, какие-то папки, карандаш и погрузился в работу, более не обращая на меня внимания.

Остальные же посетители один за другим стали двигаться к выходу. Гневных тирад не произносили, но по их лицам отчетливо читалось, почему они покидают это место. Многие так и бросили недопитый кофе с едва надкушенными пирожными…

Ну это никуда не годится! Так я растеряю всех клиентов…

Глава 4

Утро следующего дня выдалось хмурым, погода явственно намекала: лето на исходе, скоро осень вступит в свои права. Я не возражала: в такую погоду посетителей больше – люди ищут тепла и уюта, а где его найти, как не в маленькой кофейне с кружевными скатертями и ароматом свежей выпечки? За окном моросил противный дождь, барабаня в окна и смывая пыль с мостовой. Капли стекали по стеклу причудливыми дорожками, улицу напоминала размытую акварель с расплывчатыми силуэтами прохожих под зонтами.

Я, сама не зная почему, достала из шкафа новое платье – небесно-голубое, с кружевным воротничком и тонкой вышивкой по подолу. Волосы уложила аккуратными волнами и приколола брошь, которую носила по праздникам.

После вчерашнего безобразия надо выглядеть особенно безупречно. Чтобы посетители видели: у заведения всё в порядке, никакой разрухи и упадка. Но отражение в зеркале смотрело на меня с легким прищуром, будто не верило и пыталось ехидно поинтересоваться: не столичный ли гость тому причина.

– Глупости, – прошептала я ему, спустилась в кофейню и принялась варить себе кофе.

Кофеварка заурчала, выпуская в чашку ровную струю терпкого напитка. Я вдохнула знакомый запах, прикрыла глаза…

– Сегодня тебе подарят букет цветов, – произнес металлический голос.

Я замерла. Букет цветов? Мне? От кого?

Вроде бы нет у меня поклонника… А вдруг…

Сердце то ли подпрыгнуло, то ли перевернулось. Я взяла чашку и уставилась на кофеварку, будто та могла дать пояснения.

– Это… точно? – уточнила я.

Разумеется, кофеварка молчала, поблескивая медными боками.

Я расправила передник, проверила, ровно ли стоят чашки и открыла кофейню, колокольчик звякнул привычно и бодро.

Однако никто ко мне не спешил. Минута шла за минутой. Я протирала чашки, раскладывала печенье на витрине, поправляла скатерти. По-прежнему никого. Мистер Харгривз, который появлялся у меня каждое утро, почему-то тоже отсутствовал.

Наконец дверь распахнулась, и в помещение влетел незнакомый посетитель с вопросом:

– Это у вас тут кофейня?

Пока что да…

Он заказал американо, выпил его за три глотка, толком не выслушав предсказание, бросил монету и умчался, даже не взглянув на витрину со свежей выпечкой. Ясно… Просто случайный прохожий… Похоже, теперь только такие и будут ко мне забегать. Иногда…