Как и ожидалось, теперь мы привлекли внимание всех на кухне. Шеф-повар стоит на сцене в окружении более чем дюжины подчиненных, ожидающих, насколько широкими полномочиями он обладает. Если он похож на большинство элитных шеф-поваров, с которыми я сталкивался, то уровень его авторитета чуть ниже уровня его эго.

Во всяком случае, это то, на что я рассчитываю.

— Просто совет. Может быть, добавить экстракт малины в трюфели? Они очень ягодные?.. Если только это не для детской вечеринки?

Его лицо багровеет от ярости.

— Вон! Вы здесь закончили! Я вызываю охрану.

Я заливисто смеюсь.

— Ты не можешь меня уволить. Ты не мой начальник.

— Чертовски уверен, что смогу! Ты серьезно не знаешь, кто я?

— А должен ли я?

Он делает знак кому-то позади меня, вероятно, помощнику, который позовет охрану, как и угрожал.

— Когда я с тобой закончу, ты больше никогда не будешь работать в компании МакАртуров.

Боже, если бы только это было правдой.

Я ухмыляюсь и складываю руки на груди.

— О нет, только не это, — передразниваю я.

Он поднимает кулак, его рука дрожит от сдерживаемой ярости.

Я даже не вздрагиваю. Он не ударит меня. В отличие от меня, он действительно любит свою работу и хочет сохранить ее.

Мы препираемся еще несколько минут, пока я уговариваю его подождать охрану. Я делаю все возможное, чтобы подтолкнуть его прямо к краю, не выплескивая напряжение наружу. Моя миссия уже причинила достаточно сопутствующего ущерба невинным прохожим. Мне не нужен безработный повар на моей совести.

Я испытываю облегчение, когда вижу силуэты нескольких охранников у заднего входа на кухню.

— Вот этот, — рявкает шеф, махнув мне рукой. — Убери его с глаз долой. Скажи отделу кадров, чтобы прислал мне документы. Я подпишу все, что они, черт возьми, захотят, лишь бы убрать этого идиота с нашей территории.

— Эй, сейчас. Не нужно обзываться, — говорю я насмешливым тоном.

Его свирепый взгляд — достаточный ответ теперь, когда команда безопасности заперла меня в своих мышечных стенах.

Несмотря на мои многочисленные встречи с наемниками, я не узнаю никого из них. МакАртуру приходится держать отдельный набор наемников для себя. Это имеет смысл, учитывая их уникальные должностные инструкции.

Я ничего не говорю, пока мужчины выводят меня из кухни через запасной выход. В служебном коридоре тишина, которую, наконец, нарушает телефонный звонок.

Один из охранников быстро отвечает.

— Да, сэр. Не знаю. Высокий? Много татуировок? Да. Каштановые волосы. Полагаю, он симпатичный? Я не знаю.

Черт.

— Правда? Обычно мы забираем их к себе в офис, пока они обрабатываются отделом кадров.… Нет, да. Конечно. Конечно. Уже едем.

Он вешает трубку и бросает на меня подозрительный взгляд.

— Кто ты, черт возьми, такой?

Это не настоящий вопрос, поскольку он не ждет ответа. Вместо этого он хватает меня за руку с враждебностью, к которой я гораздо больше привык, и жестом предлагает своему напарнику сделать то же самое. Через несколько секунд меня дергает в противоположном направлении, в котором мы шли.

— Планы изменились, — сообщает он остальным. — Мы отведем его вниз.

Двойное дерьмо.

— Какая часть «Не дай себя уволить» сбила тебя с толку?! — Меррик кричит с другого конца маленькой комнаты. На официальном плане это неиспользуемое складское помещение. На практике это комната, которую я надеялся никогда не увидеть. Я провел достаточно времени в таких бетонных ямах, как эта.

Я пожимаю плечами и расстегиваю жесткую форменную рубашку, которую счастлив больше никогда не надевать.

— Не моя вина, что шеф-повар-эгоист не любит, когда сотрудники пробуют его дерьмовые десерты.

Взгляд Меррика темнеет еще больше, когда он впивается в меня.

— В моем теле нет ни одной клеточки, которая не знала бы, что ты организовал это. Тебя специально уволили после того, как я специально сказал тебе не делать этого. Знаешь, откуда я знаю? У меня весь курорт гудит об инциденте на кухне, который не позволяет замять это дело и вернуть тебя в игру.

Я не тороплюсь снимать рубашку, уже чувствуя себя намного свободнее в одной хлопковой майке под ней. В любом случае, это лучший наряд для насилия.

Меррик вырывает у меня из рук форменную рубашку и швыряет ее в угол. Я инстинктивно готовлюсь к драке.

— Послушай меня, Шоу, черт возьми. Скажи мне, почему ты пошел против моих приказов. Скажи мне, почему я не должен надрать тебе задницу и похоронить тебя за неподчинение, а передать это дело кому-нибудь повыше. Поверь мне, сейчас не время злить МакАртура.