Мое сердцебиение учащается от ее разгоряченного взгляда. Она открыто флиртует со мной? Опять же, зачем принцессе МакАртур тратить свое время на какое-то ничтожество?

— Да, ну, обычно алкоголь может сделать привлекательным любого, — сухо говорю я. — Могу я налить вам еще?

Ее улыбка становится озорной, когда она переводит свой взгляд на пустой стакан со льдом и использованным лаймом.

— Конечно, — говорит она. Ее самодовольство намекает на какой-то секрет.

Радуясь, что меня отвлекли, я забираю стакан, стоящий перед ней, и приподнимаю бровь, ожидая ее заказа. Должно быть, она принесла его из другой комнаты, потому что я не обслуживал ее сегодня вечером.

— Минеральной воды с лаймом, пожалуйста. — Ее улыбка превращается в оскал. Блеск в ее глазах ясен. Она не пьяна. Этот открытый интерес совершенно трезвого человека.

Я в еще большем замешательстве.

— Конечно, мисс, — говорю я с натянутой улыбкой и принимаюсь за ее напиток.

— Шоу, верно? — спрашивает она.

Я удивленно поднимаю взгляд, затем опускаюсь к ее губам, когда ее зубы впиваются в них с соблазнительным покусом. Даже при том, что я знаю, что она играет в игры, я не могу остановить свою кровь, которая стучит немного сильнее.

— Да. Рад познакомиться с вами, мисс МакАртур. — Я провожу взглядом по ее лицу, прежде чем снова сосредоточиться на своей задаче. Я ожидаю, что она поправит меня и попросит называть ее Скарлетт или как-нибудь еще, но она этого не делает. Когда я снова поднимаю взгляд, я понимаю почему.

Ей нравится разница во власти. Конечно, нравится.

Мне удается сдержать свое раздражение, когда я ставлю перед ней свежий напиток. Но прежде, чем я успеваю отстраниться, она сжимает мою руку со стаканом.

Вздрагиваю, мой взгляд устремляется к ней, и мой желудок сжимается от жара в ее глазах.

— Я остановилась в номере 905, — шепчет она соблазнительным тоном, ее пальцы гладят мои, прежде чем отпустить.

Я отдергиваю руку, сопротивляясь желанию стряхнуть остатки ее прикосновений.

— Хорошая комната. Надеюсь, вам нравится здесь, мисс, — спокойно отвечаю я.

Ее брови на долю секунды хмурятся, прежде чем снова разглаживаются в безупречную линию.

— Это прекрасное поместье, но... — Она замолкает, кокетливый огонек возвращается в ее глаза.

— Но? — Спрашиваю я, не имея выбора, кроме как заглотить наживку.

— Это было... скучно. Одиноко, понимаешь?

Я проглатываю ее намек, молча наблюдая, как она выпрямляется и поднимает свой бокал.

Не сводя с меня глаз, она языком подносит маленькую пластиковую трубочку ко рту. Ее губы обхватывают ее для соблазнительного посасывания, прежде чем она поворачивается и уходит, уверенная, что я попался на крючок.

Только это не так.

Я никогда не попадусь.

Похоть так же бесполезна, как и любовь.

Кроме того, меня уже назначили в номер 702 и к его одинокому политику на ночь.

12 УГАСАЮЩАЯ НАДЕЖДА

Мне не следовало бы наслаждаться этим, но нет другого слова для того тепла, которое разливается по мне, когда Джулия улыбается в ответ, стоя у плиты, на своей кухне.

— Следи за тем, чтобы ломтики картофеля были однородными, иначе они прожарятся неравномерно, — предупреждает она в восьмой раз.

— Подожди. Я в замешательстве. Значит, нам нужно нарезать их неравномерно, чтобы они прожарились неравномерно?

Она откидывает голову назад с насмешливым взглядом, и я ухмыляюсь, когда она швыряет в меня прихваткой.

Справедливо.

Я прижимаю ее к груди и делаю ровный вдох, когда она качает головой с еще одной улыбкой.

Ее лицо слегка раскраснелось от горячей сковороды. Прядь волос падает ей на глаза, придавая ей вид... обыденный.

Все во мне хочет отмахнуться от этого, как будто мы заслужили этот обмен, но мои руки перепачканы картофельным соком, а мое сердце не может позволить себе подобного момента. Она просто еще одно привидение в моей жизни.

Я отвожу взгляд и сосредотачиваюсь на своей задаче.

Невероятно, насколько этот ужин отличается от вчерашнего со Скарлетт. Джулия приняла мой неопределенный ответ, когда я вернулся домой, но она знала, что что-то не так. Я сказал ей, что у меня мигрень. Она не дала мне обезболивающее, а значит, знала, что я лгу. Почему она не сообщила мне об этом, я не знаю.

Но только сегодня вечером.

Сегодня вечером я снова могу дышать.

Настолько, что я решил не делиться — доказательствами, которые я фотографировал вчера. Я должен был, я сделаю, просто... пока нет. Я могу «найти» заначку в завтрашнюю смену.

Всего один день, чтобы отдышаться.