— Поддержка — это хорошо, — сказал он, устало потерев висок. — Но ты могла бы хотя бы предупредить нас о своем визите.

Лиза виновато пожала плечами.

— Я думала, ты будешь против, если я скажу заранее...

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

Лиза — биологическая дочь моего бывшего мужа, Фабиана. В нашем мире кровь не играет столь важной роли, как связь, образующаяся через привязку сил. Все строится на этих связях, на том, кого ты принимаешь в свою жизнь и кому становишься частью цепочки.

Нам было необходимо, чтобы наши дети впитывали как можно больше опыта, мудрости и силы от разных людей. Чем больше таких примеров, тем сильнее и устойчивее он становится.

В нашем мире сложно выжить одному, поэтому и существует эта привязка сил.

У каждого ребенка могло быть две, три, а иногда и больше мам и пап. Это считалось не только нормальным, но и необходимым. Например, когда Фабиан стал моим мужем, Никита не просто формально стал его сыном. Связь между ними возникла на более глубоком уровне, чем просто социальные роли. Их линии жизни слились, и Никита начал воспринимать Фабиана как родного отца, его любовь, забота и опыт стали частью Никиты так же, как и мои.

Точно так же случилось и с Лизой. Как только я соединилась с ее отцом, она стала моей дочерью. Это произошло естественно, словно так и должно было быть с самого начала. Лиза наполнила мое сердце теплом, о котором я раньше могла только мечтать. Она стала моей любимой дочкой, моей гордостью.

Я была благодарна судьбе за нее. За эту связь, за ее свет, за то, что она пришла в мою жизнь.

И еще одно было важно: даже если люди расстаются, связь с детьми остается неизменной. Она вечна. Неважно, что случится между взрослыми, привязка сил никогда не исчезнет. Она неподвластна времени, она сильнее любых изменений.

— Ты, наверное, уже знаешь, что мы с твоим папой больше не вместе? — спросила я, стараясь скрыть грусть в голосе.

— Ага. И даже видела эту "красотку" с шалашом на голове! — Лиза усмехнулась и добавила: — Она все время поправляет свой длинный нос и красит губы, накачанные гелем. Зеркало из рук не выпускает. С ней даже говорить не о чем, в глазах — пустота. Джаз слушает, интересуется только уборкой и готовкой... Все это выглядит как красивая сказка для папы, не больше.

Она обернулась и заметила Леху, который стоял неподвижно.

— А это кто?

— Это наш друг из того мира, пришлось взять с собой, — быстро ответил Альбус. Пытаясь сменить тему, он добавил: — А что это его секретарша так собой увлечена? Не гарпия ли она случайно?

— Очень похожа на гарпию! — оживилась Лиза. — У них ангельское лицо, но как только добыча пытается сбежать, они превращаются в настоящих чудовищ. У них нос как клюв, вот они его и подкрашивают. Им сложно долго держать маску, поэтому их легко раскусить. А маги из них, честно говоря, так себе.

— Не недооценивай их, они коварные существа, — сказала я строго. — Но каждому свой путь, и если Фабиан решил связать жизнь с такой сущностью, это его выбор.

— Я не хочу с ней соединяться цепочкой сил и становиться ее дочкой, — грустно сказала Лиза.

— Но ты ведь можешь разорвать эту связь. Ты же эльф! — уверенно сказал Альбус.

— Могу, и уже работаю над этим, — кивнула Лиза. — Но, кажется, он с ней пока не слился. Живут раздельно. Наверное, она боится, что ее раскроют.

— Ты понимаешь, что все это может быть частью чьего-то плана? И твой папаша, возможно, просто выполняет чужую волю, — серьезно сказал Альбус, сжимая кулаки.

— Да, я догадываюсь, — вздохнула Лиза. — Как только все это началось, я сразу отправилась искать свою мать, Кристи. Именно она посоветовала мне найти Агату.

— И как твоя мать отреагировала, узнав, что ее бывший ушел к секретарше? — спросила я с лукавой улыбкой.

— Три дня и три ночи смеялась! — ответила Лиза, закатив глаза.

Мы все не выдержали и рассмеялись. Ну такой он был, мой бывший. Настоящий колобок «я от бабушки ушел, я от дедушки ушел», и так каждые семь лет. Его очередной побег никого из его бывших уже не удивлял. Он всегда был трусом, который убегает, как только запахнет жареным, и никогда ни за что не боролся. Он понимал, что трусов долго не держат. Ну вот ему уже сорок пять, и у него новая пассия. Удачи! Через семь лет, наверное, снова соберемся с его очередной бывшей, посидим да посмеемся.

Мы ввели Лизу в курс дела, не упустив ни одной детали, включая то, кто на самом деле Леха. После этого я разморозила таксиста.

Леха сделал глубокий вдох, словно только что вынырнул из-под воды, и тут же уставился на Лизу с изумлением, будто перед ним стояло привидение.

— Ты... что там за Адрианы… Ой, пополнение, — пробормотал он, растерянно моргая.

— Она будет с нами вести расследование, — сразу пояснила я, чтобы избежать ненужных вопросов. — Это моя дочь, Лиза.