Леонор облизнула колечко в моей нижней губе, вырвав из меня низкий стон. Черт возьми, почему это настолько приятно? Почему один поцелуй с ней заставил меня почувствовать больше, чем я чувствовал за всю свою жизнь?

– Не мешает? – улыбнувшись, прохрипел я.

Она оттянула мою нижнюю губу зубами.

– Мне нравится.

Ты мне тоже.

Я понял всё сразу же, как наши губы соединились.

Никто и никогда не сможет заменить эту девушку.

Ее мягкие пальцы очерчивали линии моего лица, скользили по груди, цеплялись за плечи, пока я покрывал лихорадочными поцелуями ее шею. Мне было мало. Мне всегда будет мало Леонор Монтгомери. Венеры Милосской. Неважно.

Она всегда принадлежала лишь мне.

– А теперь… теперь проверил?

– Да, – выдохнул я, вернувшись к ее губам. – Проверил.

Моя.

Глава 9

Наши дни

Как бы сильно я ни сопротивлялась, высокая мода стала мечтой всей моей жизни.

Если сначала я, сдавшись под давлением матери, вышла на подиум с желанием как можно скорее закончить этот цирк с кучей брендовой одежды и пристальными взглядами, то спустя время поняла, как сильно мне это нравится. Быть в кадре, позировать, приковывать к себе всеобщее внимание на дефиле.

Но главное – транслировать идеи.

Проблема в том, что индустрию моды часто критикуют – и на то есть причины. Многие агентства и спонсоры видят в молодых женщинах и мужчинах продукт для эксплуатации. Некую идеальную вешалку, которая должна соответствовать установленным требованиям и молча выполнять свою работу.

Я и сама столкнулась с этим. Да все мы, кто работает на мою мать и Глорию, подверглись токсичному отношению. Помимо того, что Тереза давила на меня обязательствами за мое спасение из детского дома, я не могла отделаться от мысли, будто выгляжу недостаточно идеально, чтобы пробиться на вершину.

Бедра казались слишком широкими.

Живот выпирал, особенно после еды.

Скулы выступали не так сильно, как хотелось бы.

Меня саму раздражали эти мысли, потому что я была не согласна с ними. Мы с Кимберли и Нерией часто ругались с нашими менторами, скаутами и даже руководством, потому что они забывали о главном принципе агентства.

Красота должна быть здоровой.

Без вызывания рвоты. Без панических атак из-за того, что ты поправился на несчастный килограмм. Без желания превратиться в скелет, чтобы тобой восхищались.

С этим дерьмом сталкивались модели по всему миру. А из-за того, что мы транслировали нездоровую красоту, это отражалось и на обычных девушках, наблюдающих за нами с желанием стать такими же.

Конечно, сейчас можно часто встретить моделей plus-size. Это одна из причин, почему я так хотела попасть на показ Siren's Whisper. Последний из них я смотрела с открытым ртом, когда на подиум выходили беременные знаменитости, громко заявляющие о своей природной женской красоте.

Сегодня я не могу облажаться. Мне нужно доказать, что годы работы не прошли для меня зря, а в будущем я смогу изменить модельную индустрию.

– Матерь божья, – выдохнула Дарси, выглядывая из-за кулис. – Не думала, что будет так много… членов жюри? Оценщиков? Как это у вас называется?

– Я сейчас умру от волнения.

– Не уверена, что им это понравится.

– Лучше умереть за кулисами, чем на подиуме, верно? – пробормотала я, вышагивая из стороны в сторону. – А что, если им не нравятся блондинки? А что, если у меня сломается каблук? А что…

Резко развернувшись, Дарси обхватила мои предплечья и гневно сощурила глаза за квадратной оправой очков.

Выглядело это комично, поскольку я всегда была выше, а на каблуках она едва доставала мне до ключиц.

– Если ты еще раз скажешь подобную глупость, я передам тому диджею из «Чистилища», что ты хочешь с ним познакомиться.

Я мучительно застонала.

– Ты худшая подруга.

– А ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видела. Но дело даже не в этом, Лени. Ты лучше меня знаешь, что одной внешностью в модельном бизнесе не вывезешь. Тебя любят за характер. За харизму, с которой ты выходишь под свет прожекторов. За энергию, наполняющую пространство, когда ты позируешь. Никто и ничто не сравнится с этим, понимаешь?

Я тяжело выдохнула и кивнула.

– Просто иногда начинаю сомневаться в себе.

– Это нормально, – ободряюще улыбнулась Дарси. – Думаешь, какая-нибудь Белла Хадид хоть на секунду не сомневалась в себе, выходя на подиум? Или не теряла по пути туфлю? Вспомни подборку падающих моделей и успокойся.

Я фыркнула от смеха.

– Мы посмотрели ее сотню раз.

– Поэтому я никогда не надеваю шпильки.

– Не переживай, холодное орудие для убийства твоего тюремщика – моя зона ответственности.

Дарси хихикнула и шлепнула меня по руке.

– Прекрати.

Взяв ее за руку, я направилась к небольшому диванчику за кулисами.

– Самое время для серьезного разговора.

– Не-е-ет!