— Ты молодец, — говорит Джози. — И не парься, я разделю чаевые от этих тупиц.

Когда мы остаёмся вдвоём, я говорю:

— Собирай вещи. Жду у выхода.

Забираю куртку, иду к двери. Через пару минут она появляется с коробкой.

— Что это?

— Дэйв приготовил тебе новую порцию крылышек.

— Вау. Спасибо.

— Это меньшее, что я могла сделать после того, как ты так вмешался в ситуацию с теми парнями.

Я бурчу в ответ, замечая, что куртки на ней нет. А на улице конец февраля, ночь и дубак.

Я протягиваю ей свою.

— Я не могу взять её.

— Ещё как можешь. Там такой блядский холод, что уши отваливаются.

Щёки у неё снова вспыхивают. И мне хочется повторить это выражение просто ради эффекта.

— Джи-Джи, бери эту чёртову куртку. — Мне жарко не только от злости на того придурка, но и сжигает желание осмотреть её с ног до головы и убедиться, что она в порядке.

Она сдается и не сопротивляется, когда я накидываю ей на плечи куртку.

Мы выходим на улицу, на арктический воздух, и она вжимается в пуховик.

— Придется идти пешком, — говорю я, пряча руки в карманы джинсов.

— Думаю, я могу добавить кое-что в список своих новых впечатлений, — говорит она, когда мы переходим улицу.

— Работу?

Она смотрит на меня.

— Когда кто-то заступается за тебя.

— Эй, я же говорил, что помогу тебе прожить твою лучшую жизнь. — Она смеется, и звук получается чертовски великолепным. Что-то щёлкает у меня в голове. — На самом деле тебе не нужна была защита. Этих сосунков просто нужно было научить хорошим манерам.

— Это всё было так унизительно.

— Джи-Джи, если хочешь жить по-настоящему — нужно быть готовой к неловким, стрёмным моментам. — Я обнимаю её за плечи. — И ты отлично справилась.

— Ну если ты так говоришь.

Я не убираю руку с ее плеча, говоря себе, что закрываю Шел от ветра. Когда мы пересекаем кампус, я спрашиваю:

— Подожди, ты хочешь сказать, что Дэвид не стал бы тебя защищать?

— В том-то и дело. Мы бы просто не оказались в подобной ситуации, которая бы привела к этому моменту. Но вот я здесь, получила работу, делаю что-то новое — это единственный путь, чтобы прожить настоящую жизнь, даже если она немного страшная, грязная и непредсказуемая.

Её слова попадают точно в цель. Потому что я, как никто иной, знаю, что такое хаос. Но я всё ещё уверен, что если не рисковать, не искать большего, то можно упустить самые удивительные вещи.

Я отпускаю её и останавливаюсь. Она поворачивается, выглядя крошечной, закутанной в мою куртку.

— Что ты делаешь? — спрашивает она.

— Стараюсь быть непредсказуемым.

И, возможно, я всё испорчу. Но мне плевать. Я прижимаю её к какому-то зданию. Здесь не так ветрено, и я ставлю коробку с едой на вынос на скамейку рядом. Втиснув ее в стену, я прижимаюсь к ней всем телом. Шелби поднимает на меня глаза, и я тянусь к этому милому лицу. Прижимаю ледяные пальцы к холодным щекам, поднимая ее подбородок вверх. Мой рот находится в нескольких сантиметрах от ее рта, и я вижу, как ее губы раздвигаются, и крошечное облачко теплого воздуха встречается с прохладой.

Я собираюсь поцеловать ее.

— Подожди, — говорит она, когда между нами остаются миллиметры, и я замираю, но не отстраняюсь. — Мне нужно кое в чём признаться.

Миллион плохих мыслей проносятся у меня в голове. Я ей не нравлюсь. Она все еще любит Дэвида. Ее брат стоит у меня за спиной с бейсбольной битой.

— У меня этого раньше не было. Ну, кроме той ночи, когда мы познакомились.

— В смысле «этого»? — хмурюсь я. Черт. Я подозревал это, но вот оно, подтверждение. — Так… тот поцелуй был первым?

Она кивает, отводя глаза, снова смущаясь, но теперь я чувствую себя мудаком. Было понятно, что она неопытна, но, черт возьми. Теперь мне нужно, чтобы она это сказала.

— А та ночь на веранде… это тоже было в первый раз?

Оргазм.

Она снова кивает и кусает губу.

Господи. Я подарил этой девушке ее первый оргазм и просто...

Я не просто идиот. Я ёбаный мудак.

Но теперь, когда она здесь, в этом маленьком укромном уголке со мной, я не собираюсь снова все испортить.

— Джи-Джи, — я привлекаю её внимание. — Я забываю, какая ты на самом деле невинная. Это моя ошибка. Мне надо быть осторожнее, поэтому я хочу спросить, не против ли ты, если я тебя поцелую.

Она тихо кивает в ответ:

— Не против.

Опускаю одну руку и погружаю ее в тепло куртки, кончиками пальцев касаясь ее горячей обнаженной кожи на талии. Она вздрагивает от моего прикосновения, но мне сейчас важно чувствовать её.