– Не волнуйся, у меня нет жизни, так что и отказываться не от чего. – Я стиснула ее в объятиях и поцеловала в щеку. – Мамочка, мы классно оторвемся. Как в старые добрые времена. Будь уверена.

– Правда? – с надеждой спросила она.

– Правда. Ничто не испортит нам это время.

Стоило мне произнести эти слова, как дверь распахнулась и в дом вошел Эмброуз Касабланкас.

И очень беременная Дилан.

Глава 2 Кэл

«I’d Do Anything for Love (But I Won’t Do That)» – Meat Loaf

Дилан беременна.

Судя по виду, она месяце на восемнадцатом. И ждет тройню.

Ни хрена себе! Какой у нее огромный живот. А отец кто, Ходор ? Когда она вышла замуж? Почему мне никто не сказал?

– Мам, – горячо зашептала я, дергая ее за рукав и чувствуя на груди груз целого континента. – Почему ты не рассказала, что Дилан вышла замуж?

Меня охватил ужас. Я оказалась совершенно не готова к встрече с младшими Касабланкасами. Особенно с Дилан, которая при нашем последнем разговоре вырвала мне сердце и растоптала его в пыль. И что тут вообще забыл Роу? Разве он не должен сейчас участвовать в кулинарном реалити-шоу и орать, что тушеное мясо на вид как понос? Помню, с каким ужасом смотрела тот эпизод и думала: «И этот мужчина пихал в меня свою салями».

Мама с изумлением перевела взгляд с бисквита на дверь, возле которой гости сгрудились вокруг до смешного сияющей Дилан.

– Замуж? – Мама нахмурилась, набив рот воздушным маслянистым тортом. – Нет, Калличка, Дилан не замужем.

– Но она беременна. – Я указала на бывшую лучшую подругу, будто бы этого не видно аж с Нептуна.

Я понимала, что в моем тоне сквозит осуждение. У многих дети родились вне брака. Сейчас же не сороковые. Но Дилан всегда мечтала о пышной свадьбе. С золотой каретой, единорогами, белыми голубями и пятью платьями. Она хранила в ящике с нижним бельем аккуратно сложенные странички из «Вог» с цветочным оформлением, словно «Пинтереста» вообще не существовало.

– Верно, Калличка. Но детей зачинают не на свадебной церемонии. Я думала, ты это знаешь. – Мама нахмурилась и наклонила голову. – Мы что, ни разу не беседовали на тему пестиков и тычинок?

– А от кого ребенок? – Я завертела головой по сторонам.

Она уставилась на меня, как на помешавшуюся.

– Ну конечно же, от Такера Рида. А от кого же еще?

От кого? Хороший вопрос. Может, от того, кто не тянул нас за трусы в старших классах?

Они теперь вместе? Когда начались их отношения? В ту ночь, когда она застукала нас с Роу? А почему Роу вообще с этим смирился? Он очень воинственно относился к парням, которых считал недостойными его сестры. А в эту категорию входили все. Уверена, нос Такера был очень тесно знаком с кулаком Роу.

И еще… Дилан занималась сексом с Такером Ридом?! Он недоумок, но… вроде даже сексуальный? Я хотела немедленно разобраться с этой пикантной информацией во всех подробностях. Проблема в том, что я хотела обсудить это именно с Дилан.

Чертов. Такер. Рид. Я никак не могла уложить в голове эту новость.

Он был нашим обидчиком. Ну, теперь, полагаю, формально только моим. Опыт подсказывал, что Такер больше не откалывал значки от рюкзака Дилан и не чихал якобы случайно в ее еду в школьной столовой.

Словно почуяв наше присутствие, Роу и Дилан синхронно повернули головы и увидели нас с мамой.

Я, как истинно ответственный и рассудительный взрослый, решила, что сейчас самое время повернуться к стоящему позади человеку и с энтузиазмом завалить его всякой белибердой, чтобы придать себе равнодушный и занятой вид. Мне не хотелось, чтобы Роу и Дилан поняли, с каким ужасом я жду нашего неминуемого разговора.

Моей несчастной жертвой стал Лайл Купер, низкорослый плотник лет семидесяти, который каждое воскресенье ел с папой рыбу с картошкой фри за пивом.

– Лайл, ого! Давно не виделись. Давай-ка наверстаем упущенное!

Я прекрасно знала, что Роу и Дилан легкой походкой пробираются через людей к углу, в котором притулилась я. Точнее, легкой походкой сюда направлялся Роу, а вот Дилан ковыляла, качаясь из стороны в сторону. Они подошли к маме, которая стояла рядом со мной, а я пыталась вести беседу с Лайлом и в то же время подслушать, о чем они разговаривают.

– …соболезнуем вашей утрате, миссис Литвин. Мама передает привет… – Дилан.

– …боль притупится только со временем, и знайте, что мы всегда придем вам на помощь… – снова Дилан.

– …Артем – первый, кто искренне поверил в меня. – Глубокий баритон Роу обжигал мою кожу, как огонь. – Он увидел во мне потенциал, побудил меня действовать. Говорят, каждому ребенку нужен взрослый, который любил бы его, и еще один, который бы в него верил. Любила меня мать. А Артем… в меня верил.

Я все шевелила губами, и тут до меня дошло, что я болтаю с Лайлом, а он слушает, хоть и без особого энтузиазма. От беспокойства он нахмурил и без того морщинистый лоб и продолжал самозабвенно кивать. Я вообще по-английски говорю?