— Ты же знаешь, фейри никогда не говорят «спасибо».

— А я вот сказала. — Она пожала плечами. — Спасибо. За то, что всегда был тишиной в моей буре. Даже после всего этого времени.

Он улыбнулся, ведя пальцем по линии её челюсти.

— Дорогая Рева, неужели ты только что сделала мне комплимент?

— Помолчи, — ухмыльнулась она. — Пойдем, пока солнце не село. Мы должны добраться до замка Локасты меньше чем за два дня. Но придется остановиться на ночь, так что предлагаю поторопиться.

— В таком случае бежим. Нам нужно убраться от горы как можно скорее. — Кроу схватил её за руку и потянул вперед. Она не смогла сдержать смех, когда они помчались прочь из королевства. Ситуация была серьезной, но это напомнило ей старые времена, когда они с Кроу гонялись друг за другом, падали на землю кучей малОй и занимались любовью под солнцем или звездами.

Спустя долгое время они остановились там, где голые деревья были покрыты светло-голубой изморозью. Мимо пролетали фейри в бледных белых платьях, поднимая снежные вихри своими прозрачными крыльями. Прохладный ветерок щипал пальцы Ревы, но тело фейри было куда выносливее человеческого.

Они достигли Севера.

Хруст веток неподалеку заставил Кроу дернуть Реву с тропы за обледеневшее дерево. Спустя мгновение мимо промаршировал фейри в униформе северного стражника, на бедру которого покачивался меч.

— Я могла бы легко его уложить, — прошептала Рева.

— Это бы только насторожило Локасту, когда он не вернется с докладом. А если бы кто-то увидел твою магию?

Кроу был прав.

— Где мы заночуем? — спросила она. — Ты знаешь Север лучше меня.

Он ухмыльнулся и подмигнул:

— Я знаю идеальное место, но договоримся: до самого прихода — ни звука. Это недолго.

Рева посмотрела на него с любопытством.

— О, так у тебя есть тайное убежище?

— М-м-м, — он приставил палец к губам и улыбнулся, маня её за собой. Здесь был его дом, и хотя она слышала большинство его историй, открывать в нем что-то новое было всё равно что знакомиться заново.

Она старалась ступать осторожно, чтобы не шуршать инеем под ногами, но это было почти невозможно. Особенно в лесу, где то и дело пробегали волки или белые лисицы выглядывали из-за деревьев.

Наконец, когда солнце начало клониться к закату, показалась крошечная деревенька. Домики были белыми как снег, с темно-синими крышами, мерцающими серебром. Ветер усилился, и Рева вздрогнула, следуя за Кроу к дому с дверью в цвет крыши. С карнизов свисали сосульки, а в садике у крыльца среди снежных островков виднелись подснежники.

Из трубы вился дым, а в окнах, подернутых легким морозцем, горели фонари. Кроу мягко постучал. Почти сразу за дверью послышались шаги. Дверь приоткрылась, и показалась женщина. Темные косы обрамляли её лицо, а карие глаза вспыхнули радостью, когда она увидела Кроу.

Женщина распахнула дверь и бросилась Кроу на шею, целуя его в щеку.

— Ты вернулся домой!

— Домой? — спросила Рева, переводя взгляд с него на неё. Он говорил, что у него никого не было. Даже до неё — только Локаста. — Что за чертовщина?

— Уже ревнуешь? — Кроу отстранился от женщины и подмигнул. — Это моя сестра, Калла.

— Сестра? Сестра?! — Рева резко вдохнула. Он никогда не упоминал сестру, только то, что родители погибли под лавиной в горах.

— Можно нам войти, Калла? — спросил Кроу, уже затягивая Реву внутрь.

— Да, да, — она пропустила их и быстро закрыла дверь.

Кроу закусил губу.

— Возможно, я немного солгал, сказав, что у меня нет родных. — Он поднял палец. — Но я просил Каллу никогда и ниму не говорить о нашем родстве. Если бы Локаста узнала, она бы использовала её против меня.

Прежде чем Рева успела что-то сказать, в комнату с гиканьем вбежали две крошечные девочки-фейри с кудрявыми черными волосами:

— Кроу! Кроу! — Малышки резко затормозили и спрятались за ноги Каллы, с любопытством разглядывая Реву. — Мама, кто эта женщина? — спросила одна; формой ушей и скул она была вылитая Калла и Кроу.

Калла подтолкнула детей к нему.

— Обнимите его и марш в постель.

Одним быстрым движением Кроу подхватил обеих на руки.

— Одетта! Джемма! Как вы выросли с моего последнего визита. Сколько вам уже? Пятнадцать? Двадцать? — Он поцеловал хихикающих девочек в щеки и опустил на пол. Те умчались в свою комнату, бросив последний любопытный взгляд на Реву.

Калла уперла руки в бока.

— Мне тоже интересно, кто ты такая. — Её улыбка была теплой, одной из самых теплых, что Рева видела в жизни. Рева попыталась улыбнуться в ответ, но гримаса будто примёрзла к лицу.

— Это моя жена, — тихо сказал Кроу, так, чтобы слышали только Калла и Рева.

Глаза Каллы расширились, она прикрыла рот рукой.

— Ты идиот, Кроу? Когда? Ты был здесь год назад и ни словом не обмолвился!

— Это долгая-долгая история, Калла.