— Забавно. У меня появилась некоторая мотивация. Пожалуйста, продолжайте.

Почему история развивается таким образом? Это сбивало с толку. Сын, который умер четыре года назад, внезапно появился и нанимает детектива для поиска матери — это было слишком абсурдно. Собеседника можно понять, если он сейчас разозлится и уйдет — в этом нет ничего плохого. Но Манива всё ещё улыбался, проявлял искренний интерес и выглядел весьма заинтересованным.

Как же далеко он должен зайти? Стратегия другой стороны могла быть такой: ты можешь говорить сколько, сколько хочешь, но я буду смеяться над тобой, когда услышу достаточно.

— Четыре года назад я упал в море, и меня далеко унесло тёмным движением Куросио. По счастливой случайности меня спасли рыбаки на рыболовном корабле, так что, можно сказать, я выжил чудом — такой опыт достаточно редок. Из-за того, что чуть не утонул, я получил сильнейший удар по голове и потерял память. На мне были только плавки, и никаких документов. Поскольку моя семья не могла найти тело, они решили, что я утонул, и подали заявление о снятии меня с регистрации в книге семейного реестра. Я сам же оформил новое свидетельство, стал другим человеком и живу так до сих пор. Но однажды я случайно встретил знакомого из прошлого, и он сказал, что я — Рюдзи Такаяма. Несколько дней назад я поехал в свой родной город, но спустя четыре года дом опустел и в нем никого не осталось. Поэтому я хотел бы знать, где сейчас находится моя мама и какой жизнью она живет. Этого достаточно. Я хочу вернуть свои воспоминания о матери.

По мере объяснений Кавагути взгляд Манивы постепенно терял блеск.

Услышав такую историю, похожую на дешёвые статьи из бульварных журналов, он не смог скрыть разочарования. Наверное, он с нетерпением ждал, когда расскажут новую историю.

Однако по крайней мере в некоторых моментах она была правдива. Например, то, что он когда-то умер, потерял память и продолжил жить под новой личностью… Подумав над этим, Кавагути решил, что на этом его история для Манивы закончится.

Манива подпёр подбородок, поднял глаза к потолку и, постукивая карандашом по столу, изображал вид крайне задумчивого человека.

— Вы когда-нибудь видели бездну смерти?

— Да, видел.

— Вам было страшно?

— Нет.

— Значит, смерть вам не страшна?

— Что касается самой смерти, то я не боюсь её.

— Итак, что же вас пугает?

— Это то, что определяется как ещё один слой смысла после смерти.

— Действительно… Так ли важен смысл?

— Неважно, как вы прожили свою предыдущую жизнь. Как только вас признают мёртвым, другого пути назад нет.

— Я работаю в этом бизнесе уже почти двадцать пять лет и, конечно, имел дело с подпольными организациями. Как-то один парень, вышедший из тюрьмы, рассказал мне одну историю. Во время борьбы между уличными бандами он со своими напарниками спланировали похищение члена другой банды. Из-за давления обстоятельств в итоге пришлось его убить. Они были действительно глупы — именно в такой момент они начали соревноваться в смелости. Они не хотели называться трусами, и в итоге оказались в затруднительном положении, а уровень насилия возрос. В результате похищенный мужчина был избит до смерти всеми ними. Он подробно описал эту сцену. Я считаю, что такая смерть до крайности ужасна. И вы говорите, что смерть не страшна?

— Я просто ненавижу сам процесс перехода от жизни к смерти. Смерть похожа на преодоление определённого рубежа, в некотором смысле — на полёт. Боль — это всего лишь сигнал химической реакции в мозгу, она не существует реально. Давайте я объясню на примере наркоза. Теперь вы понимаете?

— Тогда, пожалуйста, ответьте на один вопрос: какой способ смерти кажется вам самым неприятным?

— Хм… Кстати, да — быть ложно обвинённым в серийных убийствах маленьких девочек и быть казнённым через повешение.

— Почему?

— Потому что я буду нести на себе проклятия, презрения, ненависть и гнев бесчисленного количества людей. Поэтому это самый унизительный способ умереть.

— Вот оно что.

— Если это всё ещё дело о ложном обвинении, то оно становится ещё более отвратительным.

Манива залпом выпил полстакана зелёного чая, а затем снова перевёл взгляд на Кавагути и достал из коричневого конверта материалы расследования.

— Я понял. Ещё хотелось бы уточнить одну вещь… Госпожа Мидзухо Такаяма действительно ваша мать?

— Всё верно. Дополню — однажды я уже умирал и в действительности потерял память. Это тоже правда.

— Я уже говорил по телефону, что мне для начала расследования нужны кое-какие материальные средства. Вы принесли их сегодня?

Кавагути достал конверт с суммой, которую ранее запросил детектив, и положил на стол. Это был эквивалент зарплате обычного офисного работника за два месяца.

— Проверьте, пожалуйста.

Манива, даже не пересчитав деньги, просто положил конверт в большой коричневый конверт, а затем протянул ему договор.