— Ты имеешь в виду те рискованные письма, которые ты отправляла в группу Hae Min? Или рискованные текстовые переписки с Тем Сталкером и другими папарацци? Или все те мои рискованные фотографии, которые ты делала и распространяла в таблоидах? — мой тон ровный. Я волновалась, что буду бушевать, даже плакать, но ничего не вышло. Наверное, хорошо, что я прочитала то, что Декс прислал вчера вечером. Представьте, как будет неловко, если я разрыдаюсь сейчас, в то время как Бьянка смотрит на меня так, будто я во всем виновата.

— Ты чертовски тупая, — говорит она наконец с легким смешком. — Тебе понадобилось много времени, чтобы понять это.

Ее жестокие слова ударяют меня, как волна, бьющаяся о песчаный замок. Мое сердце рушится. Не знаю, чего именно я ожидала, но то, что она назвала меня "чертовой тупицей", было не то.

— Мы же - мы были друзьями, Бьянка.

— Боже мой. Я никогда не была твоей подругой. Я была благотворительной организацией, чтобы ты чувствовала себя хорошо. Чтобы ты чувствовала свое превосходство! Это отвратительно, как ты одурачила моих родителей. Они всегда говорили мне, что я должна быть благодарна тебе! И твоей маме! За что? За то, что она платит за мое гребаное обучение? — она положила руки на бедра.

Я почти делаю шаг назад от этой ярости. Ее глаза сверкают чем-то нечестивым, она сжимает руки, на ее щеках появляется уродливый темный румянец.

— Я никогда не спрашивала ни тебя, ни твою маму! Я никогда не хотела ходить в эти модные школы с богатыми детьми! Я никогда не хотела пытаться вписаться в общество, или чтобы мне говорили, что мне повезло, что я туда попала, или что я должна быть благодарна! — она потрясла кулаками. — Как же я ненавижу это слово! Благодарность! Я все заслужила. Я боролась за все! Я презирала тебя за то, что ты оплачивала все эти школьные поездки и мероприятия, чтобы тащить меня с собой. Я никогда не хотела туда ходить. Никогда! Но все знали, что ты неудачница, которая не может завести друзей. Ты могла только купить дружбу. И ты продолжала покупать меня даже после того, как я закончила колледж, и я не могла делать то, что хотела! Нет! Я должна была работать на тебя, чтобы ты могла блистать, используя меня!

Я стиснула зубы от боли. Всю свою жизнь я считала ее своей лучшей подругой. Я просила маму оплачивать эти поездки и мероприятия, потому что семья Бьянки не могла себе этого позволить, а для моей это не было большой проблемой. Я никогда не думала, что она будет ненавидеть меня за то, что я пытаюсь помочь.

Я предложила ей работу в Peery Diamonds только потому, что, когда она закончила университет, рынок труда был ужасен, и она не могла получить ни одного обратного звонка.

— Я сказала тебе, что ты можешь уйти в другое место в любое время, когда захочешь, — говорю я наконец, мой голос дрожит.

— О нет. Ты сделал все, чтобы я никогда не смогла уйти, осыпая меня привилегиями, — она качает пальцем.

— Я хотела хорошо к тебе относиться! Я думала, что ты моя подруга!

— Прекрати нести свою святоотеческую чушь! Ты дарила мне приятные вещи, только когда хотела быть уверенной, что я останусь верной и буду твоим другом, — она жестом показывает на свою грудь.

— Этот кулон и это платье! Ты дарила их мне только потому, что хотела напомнить мне, что я не так хороша, как ты - что я никогда не буду так хороша, как ты.

Абсолютно все, что я когда-либо делала для нее, принималось за чистую монету - мое желание быть милой, показать свою признательность и любовь к ней.

— Что же я должна была сделать, чтобы ты почувствовала уважение, Бьянка? — спрашиваю я, желая понять, где я ошиблась.

— Ты ничего не могла сделать! Ничего! Само твое существование выводит меня из себя. Тебе все досталось, потому что ты родилась богатой! Если бы не унаследованные деньги, ты была бы никем, потому что ты такая идиотка! Ты знаешь, как мне нравилось издеваться над тобой, не подозревая, что я могу стоять за всем этим? Забавно, что ты принимала все, что я говорила, как Евангелие. Знаешь, что? Семья твоего мужа никогда не отказывала тебе в просьбе пригласить Себастьяна, потому что я даже не просила. Я просто сказала им, что ты хочешь выйти замуж за Престона. Они были удивлены - возможно, потому что знали, что Престон - дерьмовый выбор, - но они согласились. Почему, черт возьми, нет? Они могли бы продать его по хорошей цене. А ты не подозревала. Ты думала, что я спросила их, как ты велела, и они сказали "нет". То же самое касается твоих тупых адвокатов. Я никогда не говорила им, чего ты хочешь, и я сказала тебе, что они сказали, что то, чего ты хочешь, невозможно.

— Но ты никогда не сомневалась во мне, потому что ты настолько тупая. Когда ты за моей спиной наняла Джеремию Хаксли, это раздражало. Но все, что мне нужно было сделать, это разозлиться на то, что твои предыдущие адвокаты были слишком ленивы и некомпетентны, чтобы сделать свою работу, и разглагольствовать о том, какой Джеремия блестящий адвокат, и ты ничего не заподозрила, — она ухмыляется. — Это было проще, чем отнять конфету у ребенка.

Если раньше я думала, что моя голова похожа на последствия ужасного торнадо, то теперь... это полное опустошение. Я пытаюсь держать себя в руках, но каждое ненавистное слово из ее рта впивается в меня когтями, оставляя кровавые следы.

— А видео, где я якобы пинаю собаку... Это тоже ты?