Вика бросилась к ней, переживая за мать, что она могла наделать глупостей. Обняла ее, зарылась лицом в знакомый запах маминых духов. Но мать не ответила на объятие. Она просто стояла, глядя в одну точку.

— Мамочка… — прошептала Вика.

— Он мертв, — тихо, почти без интонации, произнесла мать. — И его убил этот… Безруков.

— Мама, что ты говоришь? Это несчастный случай! — поразилась Вика. Ведь отец всегда знал, что скалолазание — опасный спорт. Тем более пять лет назад его товарищ так сорвался и разбился. Так о каком убийстве речь?

Родительница медленно повернула голову. В ее взгляде полыхнуло что-то страшное — смесь горя и ярости, которая могла сжечь все вокруг. Вика не узнавала свою маму.

— Несчастный случай? Они были вдвоем. — Закричала она. — Только они. И твой отец сорвался. А этот… даже не смог его удержать. Не смог спасти. Так кто же он тогда? Убийца!

Дальше дни превратились в серый, вязкий туман. Они казались какими-то ненастоящими, словно кто-то отправил Вику в кошмарный сон.

Сперва были похороны. Черное платье, повязка на голове, множество незнакомых людей и дождь. Слишком холодный, пробирающий до костей. А еще был Рома. Они с семьей тоже пришли на похороны, и мать… она повела себя как сумасшедшая. Орала. Требовала им уйти. Кричала, что вызовет полицию. И убийцы не должны присутствовать на похоронах. Ее каким-то чудом успокоили.

Вика хотела подойти к Роме, но мать ее остановила.

— Не смей! — прорычала она, всхлипнув, и Вика покорно кивнула, решив не усугублять ситуацию.

Но вечером, уже после всего этого ада, Вика все равно решила увидеться с Ромой. Она выскользнула из дома, несмотря на запрет матери. Они встретились у старой беседки в парке, где когда-то целовались под первыми снежинками.

— Вика… — Рома шагнул к ней, но она отступила. На самом деле, она ни в чем не винила ни его отца, ни уж тем более самого Рому. Однако внутри, будто стена появилась.

— Не надо, — прошептала она, хотя руки сами тянулись к нему. — Мама… она в таком состоянии. Она говорит, что твой отец…

— Мой отец час висел над пропастью, пытаясь твоего спасти, — глухо сказал Рома. — Он чуть сам не сорвался. У него до сих пор рука в гипсе. И… ему прописали антидепрессанты. Отец в таком шоке, что я не уверен, как скоро он оправится.

Вика взглянула на Рому и, не выдержав, заплакала. А он просто обнял ее, как будто таким образом спрятал от всего мира. И она позволила себе утонуть в этом тепле на несколько минут. Позволила себя поцеловать и подумать, что все еще наладится…

И все бы может наладилось, если бы дома ее не ждала мать.

__

Дорогие читатели! Сегодня на мой завершенный роман скидка 30%

В плену нашей тайны

Читать тут:

Когда-то, будучи еще ребенком, я влюбилась в Яна. Доверила ему свою тайну, и открыла душу. Но он рассказал об этом всей школе и сделал из меня предмет шуток, насмешек. Моя жизнь навсегда изменилась, но личный кошмар из прошлого в лице Яна никуда не делся. Он учится со мной в одном классе, он каждый день напоминает мне, какую я совершила ошибку, когда решила, что мы друзья. Но что если... наша вражда с ним - ошибка? Что если он никогда не предавал меня, как и я его? Кажется, я окончательно запуталась.

37.2

— Ты не понимаешь? — один и тот же вопрос мать задавала ей на протяжении целого месяца после похорон. — Он сын убийцы твоего отца. Да ты! Ты! Как ты вообще можешь даже близко к нему подходить? Предать родителя ради мужских штанов — это, по-твоему, нормально?

Вика молчала. Она уже и сама путалась в понятиях, не понимая, как ей следовало бы себя вести. Рому она отталкивала, не прямо категорично, просто теперь сократила их встречи исключительно до общения в школе, убрала телефонные звонки, оставив лишь переписку в чате, и прикосновения… даже их она старалась ограничивать. Мать день ото дня промывала ей мозг словами про предательство, сына убийцы, и что так нельзя. И Вика уже сама начинала верить в эту серую мораль. Нельзя. Ради матери. Отца. Их семьи. Гордости. Слушала ли Вика свое сердце? Однозначно нет. Она находилась на границе двух огней, металась, словно дикая кошка, искренне пытаясь устоять.

В конце концов, однажды воля матери переломила Вику, и она приняла тяжелое решение — отпустить Рому. Сперва она толком не понимала, что делала. Просто когда он провожал ее до школьных ворот остановилась, посмотрела пустым взглядом и коротко произнесла:

— Давай расстанемся.

— Что? Ты серьезно? Мы вместе уже столько… — его голос, казалось, вибрировал от сказанных слов, а в глазах мелькал шок. Такой дикий, безумный, от которого невозможно отмахнуться.

— Да, именно так.