Мы приступаем к делу - делу, которое на первый взгляд больше похоже на работу компании из списка Fortune 500, чем на организованную преступность. Любому, кто нас слушает, будет сложно понять, какая часть того, что происходит под прикрытием, является незаконной... по крайней мере, до тех пор, пока мы не начнём обсуждать торговлю наркотиками и оружием, к которой приложил руку Джованни.

Я унаследовал целую империю. Она обширна и сложна, и я на мгновение теряюсь, не зная, справлюсь ли я. Это больше, чем я когда-либо за что-то брался. Но мой отец не позволил бы мне этого сделать, если бы не был уверен, что я справлюсь, и я полон решимости принять этот вызов.

Мы обсуждаем размер прибыли и границы территории, изучаем протоколы безопасности и возможности расширения. К тому времени, как мы делаем небольшой перерыв, у меня уже голова идёт кругом от цифр и логистики.

Мой отец следует за мной на террасу перед кабинетом Константина, где я выхожу подышать свежим воздухом, и по выражению его лица могу сказать, что у него на уме что-то помимо бизнеса. Я напрягаюсь, когда вижу выражение его лица, готовясь к допросу.

— Как идут дела с твоей новой женой? — Спрашивает он без предисловий.

— Хорошо. — Я пожимаю плечами. А что?

— Брак был заключён прошлой ночью?

— Боже. — Я бросаю на него раздражённый взгляд. — Да. Я трахнул свою жену. Ты хотел, чтобы я принёс на встречу эту чёртову простыню?

— Я бы не возражал.

— Блядь. — Я провожу рукой по волосам. — Это какая-то старомодная чушь. Да. Я трахнул её. Кстати, она была девственницей, если тебе нужно подтверждение. Сейчас нет.

— Хорошо. — Кажется, мою вспышку гнева отец не заметил. — И ты делаешь всё необходимое, чтобы она забеременела?

— Да ради всего святого. — Я качаю головой. — Ты хочешь, чтобы я подробно рассказал, сколько раз я кончил в свою жену прошлой ночью, или…

— Тристан. — Он смотрит на меня тем самым невозмутимым взглядом, к которому я привык за эти годы и который, как я знаю, предвещает лекцию. — Это не шутка.

— Я так и не думаю. — Я поворачиваюсь к нему лицом. — Я осознаю, какую ответственность вы на меня возложили. Я осознаю, что для удержания этой территории потребуется многое. Я просто не думаю, что мои постельные привычки с женой – это самое важное, что нужно обсуждать прямо сейчас…

— Я хочу кое-что прояснить. — Он перебивает меня. — Этот брак, этот союз – это нечто большее, чем просто ты и она. Успех нашей экспансии в Майами зависит от стабильности этого союза.

— Я понимаю.

— Тогда ты понимаешь, почему важны твои «постельные привычки», как ты их называешь. Важно, чтобы ваш брак был консумирован. Важно, чтобы ты лишил Симону девственности и был уверен, что она была девственницей. И важно, чтобы она забеременела как можно скорее.

Я сжимаю челюсти.

— У неё шла кровь. Она была девственницей. — Я вспоминаю, как засунул окровавленные пальцы ей в рот и заставил слизывать с них кровь, и мой член неуместно набухает, возбуждённый одной лишь мыслью о Симоне.

— Хорошо, — одобрительно кивает отец. — Значит, она смирилась со своей участью? Она послушная, исполнительная жена, которая нужна такому мужчине, как ты, чтобы преуспеть в этом деле? — Его взгляд пристален. — Потому что вчера вечером на твоём приёме она выглядела совсем не послушной и не исполнительной.

Я вспоминаю о запертой двери этим утром.

— Мы… работаем над этим.

Одна серо-стальная бровь приподнимается.

— Работаете над этим. А над чем тут работать, Тристан? Приручи свою жену. Заставь её подчиниться тебе. Она не главная, и никогда не была. Ни при жизни отца, ни сейчас.

— С ней может быть… непросто. — Я сдерживаюсь, чтобы не почесать переносицу. — Она недовольна тем, как всё обернулось. И, честно говоря, я её понимаю…

Это неправильные слова. Выражение лица моего отца мгновенно становится мрачным.

— Понимаешь? Что тут понимать, Тристан? Ты спас её. Ты женился на ней и спас империю её отца, вместо того чтобы оставить её умирать и всё равно забрать империю. Она должна быть тебе благодарна.

Я сказал ей то же самое. В груди вспыхивает чувство вины.

— Я просто хочу сказать, что её чувства по поводу всего этого…

— Чувства. — фыркает отец. — Тебе не плевать на её чувства, сынок?

— Нет, я просто...

— Послушай меня. — Его голос становится низким и смертельно серьёзным. — Её роль в этом почти сыграна. Она вышла за тебя замуж, ты её трахнул. Она обеспечила тебе законность, дала тебе доступ к операциям и связям Руссо. Брак был консумирован, поэтому его нельзя аннулировать. Теперь тебе осталось только сделать так, чтобы она забеременела и обеспечила преемственность власти, а после этого она станет не более чем красивым украшением. Как только она понесёт твоего наследника, как только она родит тебе здорового сына, она полностью выполнит свой долг и сможет отойти на второй план. Ей даже не обязательно быть матерью этого ребёнка, чёрт возьми. Она может нанять няню. Просто сделай так, чтобы она забеременела, Тристан, и тебе не придётся иметь с ней дело, если ты этого не захочешь.