— Набрала четыре килограмма, — заявляет Джулия, но я сомневаюсь, что это правда. «Я и представить себе не мог, что она могла быть худее; у неё идеальные формы».

— Ох… тебе идёт.

Неловкое молчание. Я всё ещё смотрю на изгибы фигуры Джулии и начинаю злиться, потому что Дэнни тоже смотрит.

— Может, нам стоит забрать наш багаж? — спрашиваю я, меняя тему разговора, чтобы отвлечься от странной атмосферы. «Приятно видеть ещё одну неблагополучную семью. Это меня немного успокаивает».

— Нет, не беспокойся об этом. Мы с Дэнни заберём их после ужина. Ты наш гость! — Мэтт снова похлопывает меня по спине, и каждый раз, когда этот парень обращается ко мне, я чувствую потрясение.

— Где бабушка? — спрашивает Джулия у своей матери.

— О, она не смогла прийти. Она сказала, что они с новым парнем отправились на каникулы кататься на лыжах в Альпы. — В том, как Тина произносит слово «парень», есть что-то язвительное. «И я почти уверен, что она его не одобряет».

— Что?! Я сказал, что приду только из-за бабушки!

Джулия снова дуется, поэтому я подхожу, обнимаю её сзади и целую в щёку, чувствуя, как она расслабляется в моих объятиях.

Откуда ни возьмись по дому проносится маленькая девочка — совершенно голая. На вид ей не больше трёх-четырёх лет. Я помогаю Джулии снять куртку, а она посмеивается над своей маленькой племянницей.

— Не обращай внимания на Оливию. Она всегда голая. — Ласковые нотки в её голосе становятся резче, когда она добавляет: — Совсем как у её матери.

«Ещё один пассивно-агрессивный комментарий от семьи Стоун». Я делаю мысленную заметку подготовиться к этим ехидным замечаниям и не слишком тонким подколам, которые они с такой злобной лёгкостью бросают друг другу.

Лиза пытается отмахнуться от грубого комментария Джулии, хотя румянец смущения заливает её лицо. Честно говоря, Лиза тоже очень красива: довольно худая, но не измождённая. Её длинные каштановые волосы идеально ниспадают, а глубокие синие глаза похожи на глаза её матери. Они с Джулией примерно одного роста, но если бы я не знал, что они родственницы, никогда бы об этом не подумал. Они противоположности почти во всём. У Джулии — очаровательные, ланьи голубые глаза, а у Лизы — выразительные, кошачьи, сексуальные, те самые, что всегда появляются в её фильмах.

В комнате воцаряется неловкая тишина, и я изо всех сил стараюсь её разрядить.

— Она прекрасна, — говорю я, показывая жестом — но не глядя — на обнажённую девчушку, бегающую по комнате.

Дэнни смеётся.

— Не обязательно быть милым. Она похожа на инопланетянку.

— Что?..

— Инопланетянка, — добавляет Тина. — Это не оскорбление. Инопланетяне сейчас в тренде в Голливуде.

— Если мы начнём заниматься с ней до того, как ей исполнится четыре, она станет настоящей звездой, — вступает в разговор Дэнни.

— Думаю, фильмы ужасов станут для неё главным источником дохода — ну, знаете, с этим жутким детским образом и всё такое, — добавляет Лиза.

Они смеются, и тогда я понимаю, что именно сделало Джулию такой неловкой и ранимой. «Она выросла в семье голливудских психопатов». Они только что назвали эту милую, невинную, красивую маленькую девочку жуткой инопланетянкой.

«Что. За. Хрень?!»

Мэтт, отец Джулии, единственный, кто не участвует в этом. Он тянется к обнажённой крошке и поднимает её на руки.

— Не слушай их, Оливия. Ты настоящая принцесса. А теперь давай наденем на тебя пижаму и приготовимся к ужину.

Маленькая девочка улыбается дедушке и обнимает его за шею.

Наклонившись к Джулии, я шепчу ей на ухо:

— Они всегда такие?

— Ты ещё даже не бывал на настоящем семейном ужине Стоунов.

— Давай я отнесу твои пальто в спальню, — предлагает Дэнни, протягивая руку за курткой Джулии, и я бросаю ему свою, прежде чем посмотреть, как он исчезает в коридоре.

— Давай я приготовлю тебе что-нибудь выпить? — спрашиваю я Джулию, кивая в сторону бара в соседней комнате.

Она поворачивается и смотрит мне в глаза. На её губах появляется улыбка, и растерянный вид, который был у неё с тех пор, как мы подъехали к дому, постепенно исчезает.

— Сделай что-нибудь покрепче.

— Договорились.

Отпустив её, я подхожу к бару и начинаю готовить ей какой-нибудь фруктовый коктейль, потому что почти уверен, что он ей понравится. Затем достаю ещё один стакан, чтобы налить себе виски, надеясь на лёгкий ужин, а затем — лечь спать.

Из ниоткуда появляется сестра Джулии — Лиза — и садится за стойку, наклоняясь вперёд.

«Я не идиот и прекрасно понимаю, что этот наклон позволяет без проблем рассмотреть её искусственную грудь», — но я смотрю ей только в глаза.

— Тебе тоже что-то налить?

— Я просто возьму это, — говорит она, хватает напиток Джулии и начинает его потягивать. — Итак… ты парень Джулии, да? Я Лиза. Злая сестра.