Когда мой взгляд скользит по его рельефному прессу и V-образным мышцам бедер, он останавливается передо мной и хватает меня за подбородок. Запрокинув голову, я несколько секунд смотрю в его черные глаза. Не в силах выдержать его пронзительный взгляд, я отстраняюсь и делаю шаг назад.

— Сиенна просто в шоке. Думаю, отдых пойдет ей на пользу, — говорит Аугусто.

Я чувствую на себе пристальный взгляд Кристиано, который словно прожигает меня насквозь. Высунув язык, я облизываю пересохшие губы.

Мне нужно побыстрее уйти от всех, поэтому я говорю:

— Аугусто прав. Это был тяжелый день. — Я заставляю себя посмотреть на Кристиано и, заметив на его лице тень подозрения, начинаю паниковать еще больше.

Зная, каким настойчивым он может быть, я быстро сокращаю расстояние между нами и, встав на цыпочки, целую его в губы.

Его рука мгновенно обхватывает меня, когда наши губы соприкасаются. Я поднимаю голову и обнимаю его, шепча:

— Отдохни немного, ладно? Я загляну к тебе позже.

Кристиано на мгновение крепче обнимает меня и целует в висок, после чего отпускает.

На этот раз он меня не останавливает, но, выбегая из палаты, я слышу, как он говорит:

— Останься, Аугусто.

Я бегу по коридору к выходу из больницы. Оказавшись на свежем ночном воздухе, меня охватывает сдавленное рыдание.

— Сиенна! — Мама подбегает ко мне и, взглянув на мое лицо, крепко обнимает. — О, милая.

Прижавшись к матери, я стону:

— Я схожу с ума, мам.

— Нет. Просто сегодня ужасный день, — говорит она, гладя меня по волосам.

Я качаю головой.

— Я так больше не могу.

Внутри меня все снова замирает. Слезы постепенно иссякают, и я теряю связь с реальностью, глядя в пустоту. Неестественное спокойствие унимает дрожь в моем теле, и хотя оно успокаивает мой разум, я чувствую себя... мертвой.

— Сиенна? — Мама отстраняется и нежно кладет прохладные ладони на мое разгоряченное лицо.

— Мне нужна помощь, — тихо говорю я, но затем эмоции обрушиваются на меня с новой силой, и я кричу, пока мое тело сотрясает неконтролируемая дрожь. — Мне кажется, я схожу с ума.

Выражение лица мамы становится серьезным, когда она смотрит мне в глаза.

— Просто сосредоточься на глубоком дыхании. Постарайся не думать о том, что произошло сегодня. — Я чувствую, как ее руки нежно гладят меня по голове. — Мама здесь, моя девочка. Все будет хорошо.

— Не позволяй никому видеть меня такой, — умоляю я напряженным голосом.

Она кивает, снова заключая меня в объятия.

В Коза Ностре нет места слабым. Мне нет места в этом мире.

Глава 2

Кристиано

Сидя во главе стола, за которым мы проводим большинство наших встреч, я перевожу взгляд с одного мужчины на другого. В комнате витают гнев и напряжение, пока мы обсуждаем, каким должен быть наш следующий шаг.

— Они, блять, открыли огонь по месту, где находились наши женщины, — рычит Адриано. — Мы уже должны были нанести ответный удар и оросить землю ирландской кровью.

— Я не согласен с тем, что нужно действовать сгоряча, — говорит дядя Дарио. Его голос звучит удивительно спокойно после всего, что произошло три дня назад. — Именно тогда и совершаются ошибки.

Я хочу, чтобы ирландцы страдали. Быстрая атака и их мгновенное уничтожение были бы слишком милосердны.

Эти ублюдки убили одиннадцать наших людей.

У меня перед глазами мелькает прекрасное лицо Сиенны. Ее зеленые глаза были полны ужаса, когда я повалил ее на пол. В больнице она выглядела совершенно невменяемой, и только после того, как она ушла, Аугусто сказал мне, что медсестре пришлось дать сильное успокоительное моей женщине.

Это должен был быть один из самых счастливых дней в нашей жизни, а вместо этого женщину, которую я люблю с девятнадцати лет, чуть не убили.

Если бы меня не было рядом, пуля угодила бы ей в грудь.

Нет. Быстрой атаки не будет.

Я смотрю на папу, сидящего по другую сторону длинного стола. В его темных глазах бушует гнев.

На этой встрече присутствуют все отцы и сыновья Коза Ностры, но только мне решать, как мы будем мстить.

Стиснув зубы, я беру молоток и ударяю им по столу.

Все мгновенно замолкают и смотрят на меня. Некоторые из моих дядей все еще привыкают к тому, что я стал capo dei capi. Потребуется время, чтобы они поверили в меня и осознали, что я справляюсь с этой ролью не хуже отца.

— Мы ударим ирландцев по самому больному месту. Шаг за шагом мы, блять, уничтожим их бизнес, и когда у них не останется денег на войну, мы будем охотиться за ними хоть до самого края света, — приказываю я. — Каждый мафиози, причастный к этому, будет наказан за свои преступления.

— На это уйдут годы, — заявляет Адриано.

Встретившись взглядом с главой семьи Риццо, который также является старшим братом моего лучшего друга, я отвечаю с холодной решимостью: