Аспирант снисходительно улыбнулся.

– А после преломления, мой любознательный друг, имеет смысл приобретать только что-то действительно серьёзное. Иначе возьмёшь какую-нибудь дешёвку и очень быстро её перерастёшь.

Стало немного обидно, я не удержался и фыркнул.

– Сказал бы просто, что в карманах шаром покати!

– А хоть бы и так? – пожал плечами Ночемир. – Если думаешь, что аспиранты могут почивать на лаврах, то заблуждаешься. Когда за тайнознатцем не стоит род или школа, ему приходится наперёд просчитывать стратегию развития, дабы предельно усилить свои способности за счёт грамотного сочетания аспекта, артефакта, атрибута, аргументов и так далее и тому подобное. Ну ты понял!

Я кивнул.

– Понял, не дурак.

– Был бы не дурак – не стал бы нож к духу привязывать.

– Не без этого, – признал я, про себя подумав, что если б не свалял дурака с ампутационным ножом, то до сегодняшнего дня не дожил бы вовсе. Сколько раз он мне жизнь спасал, и не сосчитать!

Мы поднялись на второй этаж и зашли в один из кабинетов, а там – профессор Чернояр.

– Ну и что у него с ядром? – спросил у ассистента лысый старикан.

– Полный порядок, – заявил тот в ответ.

– То есть прошла полноценная трансформация?

– Именно так, – подтвердил Ночемир. – Прошла.

Я глянул на него с укором и не сдержался, ругнулся:

– Трепач!

– Ой, да брось! – отмахнулся аспирант. – После разрушения и восстановления ядра ты бы на его развитии сосредоточился, а прожиг абриса в долгий ящик задвинул. Нет разве? Думаешь, никто бы на эту странность внимания не обратил?

Чернояр хохотнул.

– Ты ведь хотел сказать: «думаешь, старый хрыч на эту странность внимания бы не обратил»?

Я скривился.

– Значит, заключения об ущербности не дадите?

– А тебе так принципиально его получить? – поинтересовался профессор. – Что с тобой не так, брат Серый, если тебя проще притормозить в возвышении, нежели убить?

– Что со мной не так? – хмыкнул я. – Спросите лучше, что не так с этим миром! У того драного аспиранта сегодняшняя дуэль самое меньшее шестой по счёту была!

– Допустим, – вздохнул профессор Чернояр, поднялся из кресла и глянул в упор. – Но ты не ответил на вопрос: тебе и вправду так уж нужно свидетельство о повреждении ядра?

– Не отказался бы, – кивнул я.

Старик скрутил из пальцев фигу и сунул её мне под нос.

– Школа на себя такой риск не возьмёт!

Я оскалился.

– К чему тогда этот разговор?

Вспышка раздражения никакого впечатления на профессора не произвела, он опустил руку и поинтересовался:

– Говорил кому-нибудь уже, что тебя возьмут во внутренние ученики, если справишься с заданием на юге?

Я ненадолго задумался, потом кивнул.

– Было дело.

– Так вот! – ткнул меня в грудь указательным пальцем профессор Чернояр. – Во внутренние ученики тебя не возьмут! – Он выдержал паузу, ухмыльнулся и продолжил: – По этому поводу ты подашь на школу в суд. Уж не разоришься на оплате услуг стряпчего! Ну а мы в свою очередь представим во дворец правосудия неоспоримые доказательства того, что в ближайшие годы тебе аспирантом не стать в силу зафиксированного повреждения ядра, а следовательно, для нас ты попросту бесперспективен.

– К чему такие сложности?

– К тому, что оные доказательства никоим образом не будут касаться третьих лиц и претензий к нам впоследствии никто предъявить не сможет. В конце концов, надо ещё поискать ответчиков, которые не предоставляли в суд подложных документов!

– Звучит неплохо, – сказал я, – но всё упирается в цену.

– Денег мы с тебя за это не возьмём, – покачал головой лысый старикан. – Расценивай это заделом на будущее. Своеобразным стимулом о кое-каких наших интересах и предложениях не распространяться. – Он прищурился. – Тебе ведь известно изначальное значение слова «стимул»? Это палка для понукания скота. Заострённая.

Намёк был прозрачней некуда, и я поморщился.

– Допустим, – кивнул раз и другой. – Но! Это не значит, что я обязан буду принять решительно любое ваше предложение!

– Разумеется, – скривил уголок рта асессор. – Именно на случай твоего отказа нам и нужна такого рода страховка!

Я понимающе улыбнулся. Если подписавшийся на сомнительную работёнку исполнитель точно не станет о ней распространяться, то исполнитель, от задания отказавшийся, может и не удержать языка за зубами. Теперь же придётся помалкивать. В обозримом будущем – так уж точно.

– Договорились! – решил я.

Мы скрепили сделку рукопожатием, но только лишь этим всё не ограничилось, и Ночемир принялся составлять соглашение – только не реальное, а мнимое, с наградой в виде зачисления во внутренние ученики.

– Акт не потерял? – уточнил аспирант, имея в виду документ, который мне вручили для предъявления в банк сразу после возвращения из астрала. – Нет? Ну и замечательно!

– С одеждой что?

– Сейчас всё будет!