— Еще важно: не стойте подолгу на одном месте, — продолжил я. — Если приходится стоять за прилавком, переминайтесь с ноги на ногу, поднимайтесь на носочки, напрягайте и расслабляйте мышцы ног. Это не даст крови застаиваться внизу. Кстати, если обмороки случаются часто, можно носить компрессионные гольфы или чулки. Они продаются в аптеках, первый-второй класс компрессии. Снижают застой крови в ногах и риск упасть в обморок.

— Вот это я делаю, — обрадовалась она. — Переминаюсь то есть. Сама как-то приноровилась.

— Правильно. И еще — избегайте перегрева. Баня, горячая ванна, душное помещение для гипотоников опасны. Сосуды расширяются, давление падает еще ниже, отсюда обмороки.

— Точно! — воскликнула Валентина. — В бане-то я и падала!

— Если хотите в баню, то ненадолго, с перерывами, и обязательно пейте воду. А контрастный душ по утрам может помочь тонизировать сосуды, только заканчивайте прохладной водой. Или хотя бы обливайте холодной водой стопы и икры — рефлекторно повышает тонус сосудов.

— Это все?

— Почти. Еще одна важная вещь — дробное питание. Не наедайтесь до отвала за один раз. После обильной еды кровь приливает к желудку, и давление может упасть. Лучше есть чаще, но меньшими порциями. Из народных средств неплохо работают адаптогены: настойка элеутерококка, родиолы розовой, женьшеня. Эффект индивидуальный, нужно смотреть, как организм отреагирует, но многим помогает. Продаются в аптеке без рецепта.

— А таблетки какие-нибудь? — с надеждой спросила Валентина.

— Есть препараты, которые повышают давление, но их назначают только при тяжелых формах и только врач. У вас случай не такой запущенный. Начните с того, что я сказал. Через пару недель сами почувствуете разницу. Если не поможет — тогда уже к терапевту на обследование. Нужно будет исключить анемию, проблемы со щитовидкой, сердечные нарушения.

— Спасибо, Сергей Николаевич! — Валентина просияла. — Вот что значит специалист! А то наш фельдшер только и говорит: «Пей кофе да терпи».

Мы перекинулись еще парой фраз. Я забрал покупки и вышел, пребывая в задумчивости. Слова Валентины не выходили из головы. Вон, даже алкаши Смирновы оттуда сбежали. Неужели я зря согласился на эту Чушку? Тьфу, Чукшу.

А на дороге меня уже дожидался давешний колоритный дедок. При виде меня он быстренько затушил сигарету о чью-то ограду и скептически прищурился:

— Ну что, Сергей Николаевич, как первый день на работе? Что-то быстро ты справился.

— Я только оформился, получил инструктаж и вот сейчас иду домой, — пояснил я. — Рабочее время еще не окончено, но работаю я с завтрашнего дня.

— Понятно. Смотрю, уже и продуктов подкупил? — многозначительно подмигнул он и кивнул на пакет.

— Ну да, есть же что-то надо.

— И кем же работать в больнице будешь? — прищурился дедок и недоверчиво покачал головой. — Неужто хирургом взяли?

Мне совершенно не улыбался допрос, который он мне учинил, но ссориться на пустом месте было неудобно. Да и скрывать нечего — все равно рано или поздно все узнают.

— Сейчас буду заменять Казанцева, пока он на больничном, а потом стану работать здесь на четверть ставки. Остальное — ездить в Чушки. Точнее, в Чукшу. Тьфу, название такое… путаюсь! Как с Морками вашими, так и тянет название переврать, то ли Морок, то ли Мороки.

— Ха-ха-ха! — засмеялся дедок. — Так я и знал! Скажешь тоже, Морок! Морков правильно говорить! И насчет Казанцева тоже знал! А я еще удивился, когда ты сказал, что хирургом у нас будешь. Какой же ты хирург?

— Почему это?

— Да все просто. — Он понизил голос, и хоть на улице, кроме нас двоих, никого не было, воровато оглянулся. — Ставка хирурга-то есть в больнице.

— Как есть? — удивился я, подумав: откуда он знает?

— Есть, есть. И не только хирурга. Просто, понимаешь, тут такое дело: врачи же у нас получают мало, и эту ставку они раздербанили между собой. «Хирурга» делят Александра Ивановна и Ачиков. Ты хоть знаешь, кто такой Ачиков?

Я не знал. Глаза дедка полыхнули триумфом.

— Ачиков — это же ее родной племянник. Он сам-то терапевт, троечником тут у нас в школе был, но как-то доучился и повышение квалификации прошел, теперь занимается здесь хирургией. Даже какие-то операции делает.

— Терапевт? Операции? По хирургии? — удивился я.

— Да какие там операции! — ехидно усмехнулся всезнающий дедок. — Если уж сильно все плохо, то домой отпускают помирать, а так-то в Йошкар-Олу отправляют, если серьезное что. А он всего-то гнойничок на пальце почистить может. Или там мозоль срезать. Ерунду мелкую. Работа у него непыльная, а подарки ему за это все равно несут хорошие.

Дед сердито сплюнул.

— Так что ничего тебе тут не светит. Он тебя ни на шаг к хирургии не подпустит!

— Мне сказали, что я буду подменять, а потом они еще «наищут»… — поморщился я.

— Сколько тот Казанцев проболеет? А насчет Чукши я тебе, браток, сочувствую. Сам увидишь, что это. Зря согласился…

Это уже был второй человек из двух первых встречных за сегодня, который горячо сочувствовал мне насчет загадочных Чушек. Стало интересно, что за поселение там такое, что все говорят о нем с таинственным выражением на лице. Ну да ладно, послезавтра сам посмотрю.

Я отделался от назойливого дедка под первым же предлогом и отправился домой.

Не успел войти, как меня встретили гневные крики.