Не зная, что ответить в сложившейся ситуации, гляжу сквозь Дашку на Файба.

– Чушь опять несешь! – рявкает он. – Разувайся. У нас тут прислуги нет. Чем так вкусно пахнет?

– Картошку запекла с мясом по-простому. Посуды-то нет, – вздыхаю я.

– Мой руки и помогай Дане накрывать на стол, – отдает команду дочери.

– А то я без тебя не разберусь, – возмущается Дашка.

– Ну, так разбирайся. Мне еще пару ходок придется сделать, пока вещи перетаскаю.

– А спать мы на чем будем? – оглядывает пустые стены гостья.

– На надувных матрасах.

– Класс! Всю жизнь мечтала.

– Тебе на обратный рейс билет купить? – рычит Файб. – Еще не поздно.

– Ну, хватит вам, – примирительно бормочу я. – Одну ночь перетерпим. А завтра купим мебель.

3,1

Герман

Небо сегодня на удивление чистое. Прозрачное, холодное и такое красивое! Солнце висит высоко, давит сверху, бликуя на приборах. Нет даже привычной дымки над горизонтом. Видимость идеальная. Высота держится стабильно. Машина вроде неплохо слушается, но я понимаю, о чем докладывали ребята. Есть какая-то странная вязкость в отклике. Не критично, но ведь так быть не должно.

– Связь устойчивая, – голос капитана в наушниках звучит раздражающе бодро.

– Принял. Держи дистанцию, – командую я.

– Есть.

Мы идем парой. Он ведомый, я ведущий. Алексей в наш отряд прибыл недавно, и я сразу разгадал в нем толкового специалиста.

– Готовься к маневру. Правый крен, плавно. Угол тридцать, – командую я.

– Вас понял. Выполняю.

Самолет закладывает крен. Вот оно. На долю секунды автоматика будто буксует. Я мягко компенсирую.

– Чувствуешь? – спрашиваю.

– Да каждый раз! – психует.

Мы выходим из маневра. Высота держится, скорость в норме.

– Следующий этап. Имитация порыва. Готов?

– Готов.

Я наваливаю. Самолет реагирует с едва заметной задержкой. Матерюсь про себя, чтобы не выдать в эфир, потому что дурной пример заразителен.

– Компенсируй. Не борись. Дай системе сделать шаг, и только потом правь, – говорю спокойно.

– Вас понял.

Хорош. Многие на этом этапе начинают давить, доказывать, кто тут главный. А никакая машина не любит, когда с ней спорят.

– Реакция на порыв с задержкой до… – делаю паузу, сверяясь с данными. – …двух десятых. В боевых условиях – неоправданный риск.

Мы идем дальше. Проверка канала связи, работа автоматики... Отработав по плану, ложимся на курс возвращения. Задача требует предельной собранности, и пока мы ещё в небе, порядок держится. Но стоит коснуться грешной земли – и жизнь превращается в хаос. Медленно катясь по рулёжке, я ощущаю привычную тревогу.

Снимаю перчатки, автоматически тянусь к телефону. Экран загорается. Несколько пропущенных от начальства, три – от Дашки, по одному – от настоящей жены и жены бывшей. Краем глаза замечаю несущееся по полю начальство.

– Герман Всеволодович, ну епт! Ты какого хрена опять вот это все… Там Коняев примчался. Ждет… А я за тобой по всему аэродрому гоняюсь.

– Как Коняев? Сегодня?

Чертыхаюсь, смотрю на часы. Приезд важной шишки из министерства совсем некстати.

– Вот так, Гер! Давай быстрей, приводи себя в порядок, и в контору мигом!

С этим назначением столько геморроя, что я уже жалею, что на него согласился. Хотя нет. Кого я обманываю? Я достаточно честолюбив. Заиметь в сорок два такую должность – достижение, которым даже мой легендарный отец не может похвастаться. Так что вроде грех жаловаться. Все хорошо. Все под контролем. И самолеты, и конторские дела. И только дома да в личном полный бардак. Впрочем, и это временно.

Зима звонила всего один раз. Знает, что больше – без толку. Я или могу ответить, или нет. Черт. Я должен был позвонить ей раньше. Зачем отложил? Палец зависает над экраном на секунду дольше, чем нужно. Набираю номер жены, попутно прося у начальства:

– Одну минуту, Игорь Палыч…

– Файб, ты совсем озверел, я не пойму… – что тот пылит дальше – не слышу. Потому что отвечает она.

– Привет. Вы где?

– Мы? – голос Даны звучит слабо и будто бы удивленно. У меня же сердце колотится, выпрыгивая из груди. Дурдом. Пять лет должны были как-то притупить мои на нее реакции. А вот ни хрена. – Так ведь в мебельном, Гер. Ты сам сказал… Забыл? – стихает, – Я так понимаю, тебя ждать не стоит?

Удивление в ее голосе сменяется равнодушием. И это хуже всего. Уж лучше разочарование, как это бывало раньше. Дерьмо.

– Ждать. Но не меня. Тут проверка сверху нагрянула. Я кого-нибудь к вам пришлю, ага? Помогут!

– Да не надо. Мне все равно ничего не понравилось, – устало отмахивается Дана. У меня сводит зубы. Ну уж нет. Я не собираюсь спать на матрасе. Не потому что не привык. Я комфортом особо не балованный. А потому что у Зимы появился новый повод меня динамить. Видите ли, надувной матрас скрипит. Как будто ей клином свет сошелся на этом матрасе!

– Надо. Если что, со временем поменяем.

– Но…