Дилэйн отрицательно мотает головой и делает испуганные глаза.

Так. Видимо, это значит, что там бродит охрана. А на Дилэйн здесь, просто не особо обращают внимания.

Только я думаю об охране, как в коридоре слышится гулкий звук приближающихся шагов.

Дилэйн испуганно вздрагивает, подскакивает, выбегает за дверь и запирает её снаружи. Я тоже не туплю — быстро тушу свечу и заталкиваю все вещи, включая смартфон, под солому.

Где-то через десять секунд в дверном проёме появляется уже знакомый бугай.

— Mor’na ka, dra’vess!! — жестом указывает мне выйти.

Поднимаюсь и, демонстративно пошатываясь от слабости, выхожу из своей одиночной камеры. Смиренно опускаю голову, чтобы волосы скрыли лицо, и только теперь замечаю вжавшуюся в тёмный угол Дилэйн.

В груди что-то болезненно сдавливает. Если мне удастся отсюда выбраться, то Дилэйн одну я здесь просто не оставлю.

Значит, у меня нет права на ошибку.

Дилэйн

Глава 4. Канун восхода пурпурных лун

Каэлор Иллариэн-Моргрейв

Мой отряд входит в город на закате, разрушая цокотом копыт мирную тишину местных улиц.

Низкое небо раскрашено багровыми рубцами тяжелых туч. Воздух спёртый, густой, пропитанный запахом грядущего ливня.

Завтра будет очень важный день. Впрочем, за последние три сотни лет, таких дней уже было немало.

Со счёта я давно сбился.

Сегодня ночью взойдут пурпурные луны и их древняя магия окрасит воду в сакральных чашах древних храмов.

Хранитель свитков доложил, что в город уже съехалось более двух сотен дев — тех, кого Лунная Богиня благословила метками избранных.

Те, кому выпала честь стать истинной одного из оставшихся драконов.

Завтра каждая опустит руку в чашу, наполненную лунной водой с тремя каплями моей крови. И если истинная окажется среди них, то на её запястье проявится печать моего рода. Рода Иллариэн-Моргрейв.

Я молюсь, чтобы мне повезло.

Потому что… у меня совсем не осталось времени.

Мой дракон издыхает.

В нём ещё теплится искра, но я чувствую, как с каждым днём он медленно сползает в бездну. Угасает, забирая с собой мою силу.

Каждый день я становлюсь слабее. Постепенно превращаюсь в ничто. В жалкого обычного человека.

Слабого. Беззащитного. Смертного.

И только связь с истинной способна это остановить.

Способна вернуть дракона. Вернуть мне силу… чтобы спасти королевство.

Потому что без силы дракона королевство обречено — мои добрые соседи его разорвут на части.

Шаджах Одиннадцатый мечтает об этом на севере.

Кортнайр-Рау-Лаэль мечтает об этом на западе.

Леонард Ангосский мечтает об этом с востока.

Они казнят моих самых верных воинов. Сожгут деревни. Разграбят города. И лучших женщин превратят в рабынь. Враги станут делить моё королевство, пока страдают и гибнут простые люди. И некому будет их защитить.

Я не должен этого допустить.

До сих пор лишь драконья сила заставляла врагов отступиться. Но если они узнают, что я стал слаб… они объединятся и сделают всё, чтобы меня уничтожить.

Впрочем, если я не найду истинную, моим врагам даже не придётся стараться — когда мой дракон угаснет, то утянет меня в бездну вместе с собой.

И я молюсь. Впервые за столетия я обращаюсь к тёмным небесам, моля Богиню послать мне истинную.

Потому что до восхода следующих пурпурных лун я могу не дожить.

Поднимаю лицо, когда чувствую, что с неба падают первые капли дождя.

Мне бы добраться до цитадели и остановится у городского главы… но в последнее время я не доверяю даже тем, кто верно служил мне долгие годы. К тому же в прошлый раз глава подослал мне в спальню свою дочь, рассчитывая, что я сделаю её одной из своих ночных роз.

Это мне не понравилось.

Я привык сам выбирать тех, кто оказывается в моей постели.

Тяну на себя намокшие поводья и даю отряду знак остановиться.

Помнится, здесь неподалёку был гостевой двор. Вполне приличный даже по моим придирчивым меркам. Думаю, нам стоит остановиться именно там, чтобы не трястись в седле под усиливающимся ливнем.

***

Я только успеваю перекусить и ополоснуться с дороги, как в мои покои является управляющий гостевого двора.

Едва ли он знает, кто я, но точно чует, что золото у меня есть. А потому изо всех сил старается угодить и выслужиться.

Он кланяется, лебезит и отчитывается, что разместил мой отряд со всеми удобствами, хотя мои люди по двое продолжают дежурить у дверей моих комнат.

Он спрашивает, понравился ли мне ужин и не желаю ли я отведать их лучших хмельных нектаров… а когда я отказываюсь, он предлагает мне выбрать лучшую деву.

Почему бы и нет. Я не был с женщиной, с тех пор как покинул дворец.