— Разумеется, нет, — успокоила я её. — Мы поедем вместе.

Банк «Куттс и Ко» на Стрэнде встретил нас массивными колоннами и латунными табличками, начищенными до зеркального блеска. Внутри царила атмосфера респектабельности и вековой тишины, нарушаемой лишь сухим скрипом перьев и шелестом гербовой бумаги. За высокими конторками склонились клерки в черных сюртуках, методично заполняя необъятные гроссбухи.

Финч уже ждал нас в вестибюле. Завидев нас, он порывисто поднялся и отвесил глубокий поклон.

— Леди Сандерс. Мисс Браун. Прошу за мной, всё подготовлено.

Он провел нас в небольшой кабинет, обшитый темными дубовыми панелями. За массивным столом восседал управляющий, степенный господин с седеющими бакенбардами. Он окинул нас взглядом, в котором читалось явное недоумение.

— Мистер Финч, — проговорил он, задерживая взгляд на Мэри. — Вы утверждали, что счёт открывается для мисс Браун. Это... она?

Управляющий смотрел на мою помощницу так, будто перед ним предстало невиданное диво, случайно зашедшее в храм финансов.

— Именно так, мистер Харрисон, — невозмутимо подтвердил Финч. — Мисс Браун будет вести финансовый учёт по крупному государственному контракту.

Управляющий нахмурился, а в его голосе прорезалась холодная чопорность:

— Нам нужны твердые гарантии, сэр. Мы не открываем счета подобным лицам на основании одних лишь заверений.

Финч, не меняясь в лице, достал из портфеля договор с Интендантством, развернул его и плавно положил перед управляющим.

— Вот ваши гарантии, сэр. Контракт с печатью главного интенданта Адмиралтейства. Пункт четвертый: десять процентов от суммы каждого заказа перечисляются непосредственно на счёт мисс Мэри Браун.

Харрисон придвинул документ ближе к свече, вчитываясь в сухие строки. Его брови медленно поползли вверх. Он перечитал абзац еще раз, а затем перевел взгляд на Мэри, уже с совершенно иным выражением, в котором смешались подозрительность и вынужденное почтение. Против печати Адмиралтейства в этой стране никто не шел.

— Весьма... необычно, — выдавил он наконец. — Но раз Интендантство выступает гарантом...

Он вызвал клерка и велел принести необходимые бланки.

Следующий час прошёл в оформлении бумаг. Мэри, заметно волнуясь, поставила свою подпись. Рука её чуть дрожала, буквы вышли не идеально ровными, но вполне разборчивыми. Уроки не прошли даром.

Наконец управляющий протянул ей небольшую книжечку в дорогом кожаном переплете.

— Ваш пассбук, мисс Браун. Все операции по счету должны вноситься сюда нашими клерками. Берегите его — это подтверждение вашего капитала.

Мэри приняла её обеими руками, как величайшую святыню. Я видела, как в уголках её глаз предательски блеснули слезы.

Мы вышли из банка в молчании. Дик ждал у входа, небрежно прислонившись к колонне и внимательно отслеживая поток прохожих. Финч проводил нас до самого кэба.

— От Бейтса пока новостей нет, — вполголоса сообщил Финч, когда мы подошли к экипажу. — Обещал прислать все документы и вексель к утру, но курьера до сих пор не было.

Финч помог нам забраться в кэб и уже собирался закрыть дверцу, когда я жестом заставила его помедлить.

— Как только бумаги на пивоварню окажутся у вас, — я понизила голос, — проставьте в расписке о получении фактическую дату и время. Не позволяйте Бейтсу подставить нас за нарушение обязательств. Помните, Финч: в этой игре время — наше единственное оружие.

— Непременно, леди Сандерс.

Дверца захлопнулась. Экипаж вздрогнул и покатился по Стрэнду, медленно вклиниваясь в плотный поток повозок и экипажей.

Я откинулась на жесткую спинку сиденья, чувствуя, как напряжение дня сменяется глухой усталостью. Мэри сидела напротив, судорожно прижимая к груди новенькую банковскую книжку. Она не смотрела в окно; её взгляд был устремлен в пустоту, а губы едва заметно шевелились, должно быть, она снова и снова проговаривала свое имя, выведенное чернилами в конторе Харрисона. Для неё этот клочок бумаги с неровной подписью стал первым в жизни осязаемым доказательством собственного существования.

За окном тем временем неспешно проплывал Лондон. Огромный, многоликий город, где холодный блеск золота в сейфах Банка Англии соседствовал с беспросветной гнилью трущоб Саутуорка, куда нам предстояло отправиться уже совсем скоро.

Глава 5

Мы вернулись из банка в тот час, когда послеполуденное солнце стояло в самом зените, заливая ослепительным светом узкие улицы Блумсбери. Воздух здесь, в отличие от просквоженного ветрами Сити, казался плотным и неподвижным; он был густо настоян на запахе разогретого камня и тяжелых кухонных ароматах, доносившихся из цокольных этажей. Кэб замер у дома с протяжным, жалобным скрипом. Дик, спрыгнув с козел, привычным скупым жестом распахнул дверцу, выпуская нас наружу.

Едва коснувшись мостовой, я на ходу отряхнула дорожную пыль, осевшую в складках юбки, и обернулась к Дорсу.