Он хватает меня за бедра, меняя равновесие в подвеске. Моя спина выгибается, и все мое тело смещается так, что я оказываюсь параллельно полу. Мои колени сгибаются так, что ступни направлены вверх, лодыжки инстинктивно цепляются за веревки, когда я принимаю новое, слегка искривленное положение. Давление на ремни безопасности в верхней части спины заставляет мою голову запрокидываться назад, а натяжение сетки вокруг груди увеличивается, что еще больше ограничивает мое дыхание.

У меня кружится голова, и все становится как в тумане.

- Дыши, - приказывает он.

Я подчиняюсь, не задумываясь, делая неглубокие глотки кислорода, пока в глазах не проясняется.

- Посмотри на себя. Ты нарисуешь это для меня позже. Запомни каждую деталь своего затруднительного положения.

Сцена становится четкой, и я упиваюсь видом своего связанного тела, парящего в четырех футах над полом. Со связанными под углом руками, которые заставляют мои локти сгибаться по обе стороны от головы, я напоминаю птицу в полете. Это элегантно и извращенно, и я не могу перестать пялиться на себя.

Он гладит меня по раскрасневшейся щеке. - Хорошая девочка. Ты такая красивая, когда беспомощна. А теперь лети ради меня.

Он мягко толкает меня в бедро, и я начинаю медленно вращаться. Мои глаза закрываются, и я становлюсь невесомой. Мое тело гудит от плотской потребности, но мой разум переполнен достаточным количеством первобытных химических веществ, чтобы полностью опьянить меня. Я никогда в жизни не испытывала более умиротворяющего кайфа, даже когда моя киска продолжает пульсировать от неудовлетворенного желания.

Его руки обхватывают мою талию, и я перестаю кружиться. Затем вибратор прижимается прямо к моему клитору, и я трепещу от силы своего внезапного оргазма.

Мой крик наполняет комнату, перекрывая его тихую похвалу. Безжалостный экстаз продолжается, и я не могу спуститься с вершины. Вибрации, воздействующие на самую чувствительную часть моего тела, безжалостны, выталкивая жестокий экстаз из моего связанного тела. Слезы отчаяния текут по моим щекам, и я не уверена, молю ли я о пощаде или бормочу бесконечную молитву благодарности моему темному богу за его сладкие мучения.

Через некоторое время все мои мышцы сдают, и все, что я могу делать, это извиваться в его веревках и кончать снова и снова.

Я не знаю, сколько времени проходит, прежде чем он убеждается, что я полностью насытилась и смирилась. Вибратор выпадает из моей истерзанной киски, и я обвисаю в ремнях безопасности.

Напряжение медленно спадает, когда он опускает мое обмякшее тело на мягкий коврик под нами. Он ложится рядом со мной, и его мощное тело обхватывает мое.

Я больше не подвешена, но все еще парю.

Пока я нахожусь в защитных объятиях моего темного бога, я блаженно счастлива и в полной безопасности.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

21

ДЭЙН

Легкая улыбка изгибает мои губы, когда я проезжаю через открытые ворота, чтобы въехать в собственность семьи Медоуз на берегу моря. Я не могу перестать думать о моей прекрасной, храброй Эбигейл: о том, как она противостояла своей жестокой матери прошлой ночью.

И какой сногсшибательной она была, когда облекала свои сексуальные потребности в моих веревках.

Моя королева, моя жена.

Самая сильная женщина, которую я знаю.

Гордость раздувается в моей груди до почти болезненной степени, напрягая грудную клетку до предела. Я приветствую небольшой дискомфорт.

После прошлой ночи я чувствую себя спокойнее, чем когда-либо с того дня, как нашел Эбигейл, спасающуюся бегством по лесу.

Я нахожу узкую охотничью тропу, которая ответвляется справа от дороги, и паркую машину. Прогулка по густому лесу занимает около двадцати минут, но я не спешу к хижине.

Ветхое деревянное здание с ржавой жестяной крышей едва различимо за густыми деревьями, которые его окружают, но теперь я с ним знаком.

Я не уверен, знает ли даже Медоуз, что эта разрушенная старая хижина существует на акрах дикой природы, принадлежащих его семье. Это идеальное место для моих нужд.

Лес затихает при моем приближении, замолкая в ответ на присутствие хищника. Здесь так тихо, что я задаюсь вопросом, не слишком ли долго ждал возвращения.

В прошлый раз я оставил мало воды и уже несколько дней не заботился о еде.

Старая дверь скрипит, когда я толкаю ее, и звук низкого прерывистого стона убеждает меня, что моя добыча все еще жива.

Билли съеживается в углу, больше не сопротивляясь цепи, приковывающей его к стене. Он соединен со стальным ошейником, который я надел ему на горло, когда поймал его больше недели назад.

К концу сегодняшнего дня я смогу сообщить Эбигейл, что угроза ее жизни устранена. С тех пор как она узнала о своем дяде, она достаточно переваривала случившееся, чтобы не думать о нападении Билли.