Его взгляд скользит вниз, к руке, на мгновение оценивая укус, прежде чем снова устремиться на меня. Я не прокусила кожу, но уже ясно, что останется синяк. Повязка на его шее немного отошла по краям во время схватки. Мне стоит ударить его туда.

Его волосы растрёпаны от нашей борьбы.

— Я собирался помягче с тобой обойтись, раз у тебя тут первый день. Но я забываю иногда, что даже у симпатичных лиц есть за душой нечто ужасное, что привело их сюда, — хрипло говорит он. Его глаза темнеют, и он снова бросается на меня, но на этот раз он не пытается прижать меня к полу. По его взгляду я вижу, что он хочет причинить мне боль и сделать из меня пример.

Дэмиан бьёт меня в живот. Я едва успеваю вовремя подставить предплечье, но он этого ожидал и бьёт меня тыльной стороной кулака по левой стороне лица. Его костяшки щёлкают по моей скуле, и боль пронзает меня ото рта до уха. По языку разливается вкус крови. Мне удаётся переставить ногу, чтобы не рухнуть на пол.

Он, наверное, ждёт, что я заплачу.

Я резко разворачиваюсь к нему и бью его прямо между глаз. По его прямому, идеальному носу, на переносице которого теперь будет шишка. Он стонет от удара, но затем разражается безумным, тревожным смехом.

— Я тебя, блять, убью.

Он сжимает мои волосы в кулак и резко запрокидывает мою голову, подставляя мягкую часть шеи ему. Ужас бежит по моим венам, я хватаюсь за его железную хватку в своих волосах.

Дэмиан дёргает сильнее, и из моих лёгких вырывается крик. По коже головы расползается огонь, в глазах выступают слёзы. Я борюсь изо всех сил, пока не чувствую прикосновение холодной стали к горлу. Моё тело замирает, и единственный звук на арене — моё тяжёлое дыхание. Боль растекается по дрожащим коленям, когда я ослабляю на них давление.

Конечно, при нём есть нож. Не знаю, почему я ожидала, что этот бой будет честным.

Из него вырывается злобный смешок, когда мои ноги подкашиваются, и он опускает меня на пол, всё ещё сжимая мои волосы и вжимая лезвие глубже в шею. Его лицо появляется в поле моего зрения, и я не могу оторваться от ужасной, многообещающей усмешки в его взгляде, которая сулит, что между нами ещё не кончено.

— Вот так и устанавливают доминирование, — говорит он достаточно громко, чтобы все услышали. Другие кадеты одобрительно кричат и смеются, некоторые даже подначивают его перерезать мне глотку.

Я тысячи раз тренировалась выходить из такого захвата, но решаю позволить бою закончиться здесь. Если он думает, что это всё, на что я способна, то позже я смогу застать его и других врасплох. Никогда не показывай всё, что умеешь. Я делаю успокаивающий вдох.

Улыбка Дэмиана лишь расплывается от забавы.

— Ты забыл, что следующий я? — обыденным тоном говорит Кэмерон, хватая Дэмиана за запястье и заставляя его отпустить мои волосы. Я быстро встаю и потираю затылок.

Взгляд Кэмерона встречается с моим, после чего он резко отводит голову в сторону, давая мне знак отойти.

Я уже успела выставить себя дурой, почему бы не добавить к этому равнодушное обращение Кэмерона, чтобы ещё сильнее уязвить моё самолюбие? Я возвращаюсь в круг кадетов и поворачиваюсь посмотреть на следующий спарринг, почти не имея на это сил. Всё, чего я хочу, — это горячий душ и сон.

Кэмерон держит руки в карманах, если не для чего иного, то чтобы подразнить Дэмиана.

Это срабатывает.

Лицо Дэмиана краснеет, он ругается и замахивается на Кэмерона ножом. Кэмерон без усилий уворачивается и, пока тот пролетает мимо, всаживает каблук своего ботинка ему прямо в центр спины, отправляя того на четвереньки. Нож отлетает в сторону, вращаясь по полу.

— Ну же, а я-то думал, ты так уверен в установлении доминирования? — Голос Кэмерона тих, а сарказм, капающий с его интонации, пробегает у меня холодком по спине. — Показать, как устанавливаю доминирование я?

Он подходит к Дэмиану, пока тот всё ещё пытается подняться, и бьёт его ногой в лицо.

По кадетам прокатывается слышимый вздох, за которым следует тишина.

Дэмиан падает на бок, выплёвывая кровь и давясь несколькими собственными зубами. Он только хрипит, не в силах вымолвить слова. У меня в горле встаёт комок от вида отвратительных красных обломков, которые он, задыхаясь, выплёвывает на пол.

Кэмерон широко улыбается, и это одно из самых прекрасных зрелищ, что я видела. Он опускается на спину Дэмиэна, наконец вынимая руки из карманов, одной сжимая челюсть Дэмиана, а другой дёргая его за волосы, пока тот не смотрит прямо на меня.

Кровь отливает от моего лица, когда я вижу, как изуродован его рот после того пинка.

— Она не твоя. Она моя, понял? Когда смотришь на неё, я хочу, чтобы ты вспоминал, как я наступил тебе на лицо, — говорит Кэмерон, глядя на меня ледяными, неподвижными глазами.

В них нет ни искорки. Интересно, что он видит, когда смотрит на меня? Я знаю, он говорит эти слова только потому, что буквально обязан защищать меня здесь. Я перевожу взгляд на кровь на цементе. Взгляд Кэмерона будет преследовать меня, если я буду смотреть на него слишком долго.