— Это случилось до меня, — сообщил Алекс. — За год до нашей встречи. Она… Они назвали это переходом. Была одна девочка. Её звали Эмили. В девять лет она заболела энцефалитом. Ей ничем нельзя было помочь. Она лежала в коме уже три месяца. Её родители, им… сказали, что она не проснётся. Но они упорствовали. Они не переставали бороться. Продолжали держаться. Поддерживали в ней жизнь. Пока однажды не погибли, когда в их машину врезался грузовик на перекрёстке в четырёх кварталах от больницы.

— Они умерли мгновенно, — сказала Арт глухим голосом. — Не почувствовали боли.

Алекс кивнул.

— Больше у неё не было родственников. У Эмили никого не осталось из семьи. Некому было за неё волноваться. Заботиться о том, что она… — Алекс кашлянул. — Они нашли её. Думаю, они искали кого-то вроде неё. Того, кого никто не хватится. Это было сделано… весьма официально, как мне сказали. Эмили забрали из больницы в Пасадене и привезли в Гору.

— Они убедили меня, что хотят проверить, смогу ли я ей помочь, — прошептала Арт. Капля дождя упала на левую линзу солнцезащитных очков. — Потому что я могла… лечить. Иногда мне удавалось обманывать тело, заставив его думать, что оно исцеляется быстрее, чем то происходило на самом деле. — Она пожала плечами. — Снова дело во времени. Для меня оно движется по-другому.

«Он был подстрелен. Одним придурком, который не хотел убираться с пути».

— Господи Иисусе, — прохрипел Нейт. Он уставился на Алекса. — Тебя по-настоящему подстрелили. Чёртов ты ублюдок. Резиновая пуля поцелуй мой чёртов зад.

Алекс хмурился, смотря на него в ответ.

— Я тебя не знал. И ты бы серьёзно поверил, если бы я тебе тогда сказал, что меня исцелила маленькая девочка?

— Не уверен, верю ли я тебе и сейчас.

— Веришь, — провозгласила Арт, изучая его взглядом. — Знаю, что трудно переосмыслить то, что ты всю жизнь считал правдой. Люди так запрограммированы. Некоторые сильнее, чем другие. Но ты знаешь, Нейт. Ты знаешь, что все наши слова, — истина.

Нейт яростно замотал головой.

— Нет. Нет, я не…

— Я пыталась её исцелить, — бесстрастным голосом продолжила Арт. — Я пыталась сделать то, о чём меня просили, но они меня обманули. Им было наплевать на девочку. На Эмили. Им не было до неё никакого дела. Их не заботило то, что у неё никого нет. Что они её выкрали. Они просто хотели посмотреть, что могут сделать. Получится ли у них заставить меня… могла ли я… — Её грудь тяжело вздымалась.

— Электрические импульсы, — произнёс Алекс. — В нейронах. Передающиеся через синапсы. Они обнаружили, что если они их перегрузят, то есть если они практически поджарят мозг носителя, это вытеснит её из тела. Так они и сделали. В этом заключался тест. Эксперимент. Они искали способ дать отпор на случай, если её сородичи за ней вернутся. Если другие люди попадут под их… контроль.

— Это всё, о чем они думали, — заметила Арт, нахмурив брови. — О том, как дать отпор. Как будто нас стоит бояться. Они не догадывались, что без носителя мне здесь уже долго не протянуть. Слишком многое изменилось.

— Она уцепилась за Эмили, — заключил Алекс, и Нейт подумал, что если бы он мог заставить свои ноги работать, то убежал бы так быстро, как только мог. — Это было единственное тело, в которое она могла пойти. Она бы долго не прожила. Слишком многое в ней исказилось нашей генетической структурой. Она больше не являлась… той, кем была прежде. Поэтому она сделала единственное, что могла.

— С ней было не так, как с Ореном, — тихо сообщила Арт. — Эмили не снились сны. У неё в голове было холодно, темно и пусто уже долгое время. Мне едва удалось найти способ… внедриться. В её мозге осталось достаточно электрических импульсов, пусть это и был лишь намёк на искру, но этого хватило, чтобы взять её под контроль. Орен видел сны. Эмили уже нет. Мне потребовался почти год, чтобы самостоятельно открыть глаза. Но я это сделала. У меня получилось. Они не думали, что я смогу. Они не думали, что я на такое способна. Но мне удалось. Я доказала, что они все неправы. И напугала их из-за этого ещё сильнее, чем раньше. И мне это понравилось. Мне понравилось больше, чем следовало, и это доставляло мне счастье. Я хотела вызвать в них ещё больший страх. Жаждала, чтобы они все меня боялись. А потом пришёл он.

— Алекс, — понял Нейт. — Пришёл Алекс.

Она кивнула.

— И всё… изменилось. После этого. Это был ещё один тест, безусловно. Всё всегда было экспериментом, я это знала. А когда ты знаешь, у тебя есть власть над его ходом. Ты можешь изменить результат. Сделать его таким, как тебе хочется. Но Алекс, он… отличался от всех остальных.

— Сначала я тебе не понравился, — напомнил Алекс, и Нейт мог поклясться, что тот почти улыбался.

— Это я не понравилась тебе, — возразила Арт. — Ты был злым и грубым, а ещё сказал, что не хочешь иметь со мной ничего общего. Но ты всё равно продолжал возвращаться.

— Да.

— Почему? — поинтересовался Нейт.

Алекс моргнул.

— Что почему?

— Почему ты продолжал возвращаться?