Шёпот стал громче. Нейт не понимал, что видел у себя в голове. Что чувствовал. Казалось, словно длинные, тонкие пальцы бегали по поверхности его разума, перебирая воспоминания. Похоже, их не заботило… то, что было до всего этого. Они добрались до того момента, когда Нейт, стоя перед генератором в сарае, почувствовал, как к его затылку приставили пистолет. Когда они нашли это, когда они наткнулись на эту картинку, шёпот обострился, пальцы ухватились за этот образ и потянули. Нейт почувствовал, будто через него пропустили разряд тока, его голова запрокинулась назад, пальцы на руках широко растопырились, а на ногах подогнулись. У него словно начался припадок, но боли не было, и он по-прежнему мог всё чувствовать, мог всё слышать, а эти пальцы продолжали тянуть. Они погладили цветы, распустившиеся в поле. Ущипнули сбитый с неба вертолёт. С гневом обхватили мужчин, стоявших с автоматами. И они были нежными, такими чертовски нежными, коснувшись Артемиды и Алекса, когда те сидели напротив него и смеялись, а рот Арт был набит беконом.

Они тыкали.

Они кололи.

А когда они дошли до Алекса, стоящего позади Нейта, впившись зубами в его шею, прижавшись к нему своей горячей плотью и твёрдыми мускулами, Нейт подумал: «Нет, это не ваше, это не для ваших глаз», и они его послушались. Они не стали на это смотреть и отстранились.

Помимо всего прочего, он услышал, как Арт говорила:

— Да. Они оба. Они мои. А я их. Почему?

Последовал ответ, но Нейт не мог его понять.

— У них есть недостатки. Они совершают ошибки. Но они любят меня. А я люблю их.

Шёпот стал громче. Резче, как жужжание роя пчел.

— Может и так, но я бы повторила это снова. И снова. И снова. Вы можете их не понимать. Вы можете не улавливать их цели, но я видела их сердца. Видела их души. Они — звёзды. Они — пыль. И я буду их помнить. Всегда.

На этот раз ей ответил один голос. Он походил на звон колоколов.

Артемида вопросила:

— Я… я могу? Но что насчёт…

Колокола зазвенели громче.

Она оглянулась на Алекса с Нейтом, и на её лице появилось странное выражение. Она повернулась обратно к свету.

— Тогда да. О, да. Больше всего на свете.

Свет взорвался вокруг них, и Нейта сбило с ног. Он потерял сознание ещё до того, как упал на землю.

Когда они очнулись, было темно.

Над головой мерцали звёзды.

Комета выглядела так, будто застряла на небосводе.

Туннель опять стал просто туннелем.

Нейт и Алекс медленно поднялись.

Они были одни.

Алекс взял Нейта за руку, и они повернулись к пикапу.

Что-то двинулось позади них. Они оба обернулись, и…

Эпилог

Он подпевал радио.

Вторя что-то о том, чтобы печальной песне придать веселье.

После этого он расхохотался так сильно, что чуть не задохнулся.

Совпадение, да? Это должно было быть совпадением.

Самое смешное, что он не верил в совпадения.

Уже нет.

Ему стало интересно, не наступил ли сегодня тот самый день.

Он уже был на полпути к дому, когда по радио заговорил его старый друг Стивен Купер. Голос радиоведущего стал более грубым, а речи, быть может, более спутанными, чем раньше, но в остальном мало что изменилось.

Мужчина вещал: