Блайт раздраженно выдохнула, хотя и пыталась сдержать улыбку. Улыбка, которая обожгла меня изнутри, как уголек. Она не должна была так на него смотреть. Он не должен был стоять так близко.

— Если тебе от этого станет легче, ты пришла в себя гораздо быстрее, чем большинство людей, — добавил Оникс.

Вольфганг подскочил к нам без рубашки, с него капал пот.

— А как насчет грубого обращения с людьми?

— А

ты

. — Она ткнула его в обнаженную грудь. —

Ты теневой монстр. Леший?

— Более известный в преданиях как

оборотень

, но я приму и твой вариант. — Волк вздернул подбородок и издал жалобный вой, обращенный к луне. Остальные мальчики остановились и последовали его примеру, издав свой вой. Закончив, он одарил Блайт дьявольской ухмылкой. Она улыбнулась, несмотря на скрещенные руки и, как я предположил, решимость действовать жестко. Мой храбрый маленький Призрак.

— Вы все безнадежны, — пробормотала она.

— Это еще мягко сказано, — сказал Волк, притягивая ее к себе, чтобы обнять. — Я рад, что с тобой все в порядке, смертная. И, эй, этот ублюдок мертв, и нам больше не нужно скрывать, кто мы такие. Как и тебе не нужно прятаться. — Она кивнула и обняла его в ответ, прежде чем они с Ониксом вернулись к фрисби.

Когда я заметил, что она осталась одна и направилась обратно к костру, я присоединился к ней.

— Хочешь поговорить?

— Просто думаю о ведьмах и их испытаниях. Они сказали, что я мертва и не принадлежу к миру живых. — Она потерла руки. Я снял свою кожаную куртку и закутал ее в нее. Она мило улыбнулась. — Спасибо.

Я мрачно усмехнулся.

— Что, какие-то карты и куриные кости подсказали им это?

Уголки ее губ снова изогнулись.

— Может быть, я надеялась, что во мне есть что-то особенное. Но оказалось, что я самая обычная. Нет, даже не средняя, ниже среднего. Марселина сказала, что я, несомненно, мертва. Может быть, потому, что я была так подавлена, так долго напугана...

— Я думаю, на ее рассудок повлияло время. И ты особенная, со сверхъестественными способностями или нет. Храбрая, сострадательная и принимающая. — Я игриво дернул ее за прядь длинных волос. — Не у многих людей и монстров это есть. Ты определенно не найдешь таких черт у многих ведьм, это уж точно.

Я взял ветку и наколол на нее четыре зефиринки.

— Сама окажешь честь или мне это сделать?

Она взяла ветку у меня из рук и поднесла к черному пламени. После минутного молчания она сбила пламя со своего угощения и, сняв с него сажу, протянула мне. Затем Блайт коснулась своим липким комочком моего в знак приветствия.

— Кстати, спасибо за это. Приятно наблюдать, как он горит. — Она отправила в рот зефирку.

Я ухмыльнулся.

— Знаю. Это захватывает... наблюдать, как горят твои враги.

— Ты точно безумен. — Рассмеялась она.

Я обнял ее за плечи.

— Это лишь малая часть, Маленький Призрак.

ГЛАВА 33

Блайт

ИСТОРИИ О ПРИВИДЕНИЯХ

«Она была молода и очень красива, но бледна, как мертвенно-серая пелена».

Брэм Сток

ер

, «Леди в саване»

Следующую неделю я снова провела на чердаке церкви. Ворон действительно принес мои вещи... и разложил по полочкам. Я покраснела, обнаружив, что он сложил и спрятал мои трусики и лифчики среди вещей Призрака в верхнем ящике его комода. Как и разложил мою косметику на тумбочке в ванной и положил летучую мышь Бенни в центре подушек на кровати. После нашего секса в пещере летучие мыши приобрели для меня совершенно новое значение. Бенни гордился бы мной. И, как будто Ворону было недостаточно, на столешницах и в холодильнике стояли все мои любимые блюда: чипсы и сальса, булочки-бриошь и хрустящее арахисовое масло, а также пятифунтовый пакет несоленого арахиса в кожуре, который, как я догадалась, предназначался для него. По крайней мере, это было лучше, чем лягушки.

— Забавно. — Я рассмеялась, протянув Призраку, который теперь выглядел как Эймс, банку сальсы. — Похоже, я теперь здесь живу.

Он открыл для меня крышку.

— Нет, это идеально. Птичка набирает у меня все больше очков, и он это знает. И ты теперь живешь здесь.

Я остановилась на полуслове.

— Я не могу просто жить с тобой. Еще слишком рано.

Он обнял меня сзади своими сильными руками, когда я села на его барный стул. От него пахло гелем для душа с ароматом сосны, его кожа была еще влажной после душа.

— Вот увидишь, демоны быстро привязываются друг к другу. Время относительно. И когда за тобой гонится целый легион, выбирай: либо остаешься здесь, со мной, либо с оборотнями в обувной коробке, которую они называют домом, либо с Ониксом на его огромной ферме, которая застряла в восемнадцатом веке. Решать тебе. Но, что бы ты ни выбрала, я все равно пойду с тобой. Это обязательно.

Я вздохнула.

— Мне нравится мое место в квартире над магазином «Магии».