Достал пачку свежеобжаренных зерен. Арабика из Колумбии, с нотками ореха и шоколада. Засыпал их в кофемолку. Секунда, и по кухне разнесся густой, терпкий аромат. Кофеварка, старая и капризная, загудела. Пара щелчков, правильная температура, и вот уже в кружку полилась темная, обжигающая струйка.

Я написал на стикере пару строк: «Вода – твой друг. Кофе на кухне». Прилепил на журнальный столик рядом со стаканом воды. Простая забота.

Выйдя из душа минут через двадцать, я застал Лиз уже на ногах. Стоит посреди комнаты в моей-своей толстовке и держит в руках кружку с пингвином – свою любимую. Девушка сразу уставилась на меня, но в глазах плескается что-то новое, чего я раньше не видел. Растерянность, что ли?

– О, ты уже проснулась. Доброе утро, – я постарался изобразить максимальную беззаботность. – Как спалось?

– Э-э… хорошо. Спасибо, – она почему-то покраснела. Лиза! Покраснела передо мной! – Извини, что я тут вырубилась.

– Все нормально, – я пожал плечами, чувствуя, как неловкость начинает заполнять комнату. Нужно срочно это исправить. – Будешь завтракать? Могу сообразить омлет.

– Угу, – ответила тихо, кивнув при этом.

Пройдя на кухню, я достал из холодильника яйца, помидоры черри, кусок пармезана и немного бекона. На раскаленную сковородку полетели тонкие полоски бекона. Кухня тут же наполнилась дразнящим, дымным ароматом.

Я наблюдал, как они шипят и скручиваются, превращаясь в хрустящие завитки. Слил лишний жир, оставив лишь самую малость для аромата.

– Как пахнет, – тихо сказала Лиза, прислонившись к дверному косяку и улыбнувшись.

Я взбил в миске три яйца с щепоткой соли и перца. Никакого молока, это портит текстуру. Помидорки черри разрезал пополам и бросил на сковородку. Затем влил яичную смесь. Она тут же начала схватываться по краям.

Я аккуратно двигал лопаткой, создавая мягкие, воздушные волны. Когда омлет был почти готов, посыпал его тертым пармезаном, который тут же начал плавиться, и хрустящим беконом. Сложил пополам, выложил на тарелку. Идеально. Золотистый, пышный, с вкраплениями красных помидоров.

– Готово, – поставил тарелку перед ней на стол. – Приятного аппетита.

Она посмотрела сначала на омлет, потом на меня. Улыбнулась, но как-то странно. Виновато.

– Ник, прости. Я… мне бежать надо. Совсем из головы вылетело, с Катей договорилась встретиться.

– Даже не поешь?

– Правда прости.

И она сбежала. Буквально. Схватила свои вещи, чмокнула меня в щеку на прощание и вылетела за дверь, оставив меня наедине с остывающим омлетом и полным недоумением. Что это, черт возьми, было? Я сделал что-то не так? Мой фирменный омлет впервые в жизни был отвергнут. Это было хуже, чем завалить сопромат.

1

Через час я уже сидел в дешевой пельменной напротив Алекса. Он с аппетитом уплетал свою порцию, щедро поливая ее сметаной. Алекс был простаком, и именно это мне сейчас было нужно.

– Так, я не понял, – пробасил он, проглотив очередной пельмень. – Она у тебя переночевала, ты ей утром завтрак приготовил, а она сбежала?

– Она не сбежала. Сказала, что у нее встреча, – попытался я защитить Лиз, хотя сам в это не верю.

– Ага, конечно. Встреча под названием «О боже, я только что поняла, что мой лучший друг – не просто друг, и мне надо срочно переварить эту информацию с подружкой», – Алекс вытер рот салфеткой, усмехнувшись. – Ник, ты серьезно этого не понимаешь?

Я ничего не ответил, продолжая ковырять порцию вилкой.

– Слушай, я, конечно, не психолог, как ее Катька, но тут и ежу все понятно. Вы уже сколько лет так мучаетесь?

– Мы всегда были друзьями и не задумывались о чем-то еще. Я просто не хочу все испортить.

Алекс издал звук, похожий на стон.

– Испортить? Дружище, ты уже все испортил, когда позволил этому зайти так далеко. Ты смотришь на нее так, будто солнце крутится вокруг нее. Она носит твою одежду чаще, чем свою собственную. Вон, недавно даже на учебу в твоей рубахе пришла.

– И что с того?

– Вы знаете друг о друге больше, чем ваши родители. Какая, к черту, дружба? – Он наклонился ко мне через стол. – Ты боишься. Это нормально. Но знаешь, чего стоит бояться на самом деле? Что однажды появится какой-нибудь парень.

– Какой еще парень?

– Да любой! Появится какой-нибудь условный «Ромка», уверенный в себе красавчик, который просто подойдет и скажет: «Лиза, ты мне нравишься, пошли на свидание». И она пойдет. Потому что устанет ждать, пока ее архитектор начертит очередной план.

Слова Алекса были грубыми, приземленными, но били наотмашь. Особенно про парня. В моей голове тут же нарисовался образ этого «идеального придурка». Харизматичный, настойчивый, тот, кто не боится. И от этого образа внутри все похолодело.

– И что мне делать? – спросил я, признав поражение в нашем споре.