Змей выдохнул, откинулся на спинку сидения, которая была маловата для его спины, посмотрел в окно. Сверху планета выглядела симпатично. Даже аккуратно. Широкие одноуровневые улицы, яркие витрины, много серого монолита.

― Семья Дратов и дом шая Хашрана прислали приглашения, ― робко нарушил тишину Дайдон.

― Я подумаю.

― Это очень влиятельные семьи, ― заметил помощник, и Хан понял, что имени этого дракона он пока не узнал.

Но спрашивать не стал. Было лень. Змеиное сердце снова забилось сильнее. Он почувствовал, как на шее начали проступать чешуйки. Сначала Хан не понял, с чем это связано, а потом произошло сразу две вещи: высоко над планетой взорвался корабль, на правой руке змея разделился брачный браслет. У него появилась кевали и первые неприятности в новой должности.

Дом Хашрана

― И что мы знаем про нового губернатора?

Сладкий голос нагини был похож на медовый сироп. Он окутал пространство гостиной и шай Хашран довольно улыбнулся.

― Военный, ректор академии, ничего интересного. На политическом поле этот персонаж ничего не решает.

― Тогда зачем он здесь?

Нагиня томно вздохнула, крошечные феромоны сорвались с ее кожи. Хашран тут же почувствовал приятное возбуждение.

― Это формальность, любовь моя. Не волнуйся.

― Формальность?

― Вешненату нужно было как-то договориться с драконами, ― пояснил наг, глядя на обнаженное декольте любовницы. ― Неотесанный военный всего лишь пешка. Он нужен здесь для того, чтобы Вешненату было спокойней.

― Ты прав, ― улыбнулась нагиня и выгнулась, дразня любовника.

Шай Хашран с трудом сдерживался, чтобы не взять ее прямо здесь, на каменном полу, между креслом и кофейным столиком. Но, к сожалению, времени на любовные игры у нага не было. Он должен был пребыть в губернаторский дворец раньше хозяина, чтобы первым представить свой дом.

― Я пригласил его на ужин. Надеюсь, ты возьмешь подготовку в свои руки?

Нагиня уже собиралась ответить, что позаботиться обо всем, как с улицы раздался звук взрыва. Несколько витражных стекол треснули и мелкой крошкой осыпались на пол. Следом последовал удар чего-то тяжелого о защитный купол. Хашран сам не понял, как выскочил на улицу, чтобы посмотреть, что происходит. Нагиня осталась на своем месте и нахмурилась. Тело покрылось алой чешуей от злости.

Глава 4.

Наира

Первое, что я почувствовала, была боль. Зубная. Противная, ноющая, распространяющаяся по всей челюсти. Значит жива. Не умерла. После смерти нельзя испытывать боль. Тело же мертво.

Мое тело не было мертво. Кончики пальцев покалывало, ребра ныли, но не болели. Или болели, но не так остро, на фоне зуба. Глаза опухли или просто не хотели открываться. Я себя чувствовала как после наркоза.

Точно. Наркоз. Это был наркоз! Или что-то похожее! Эта догадка напугала. Тут же вспомнились истории про чёрных трансплантологов, в животе все похолодело, резко открыла глаза, попробовала сесть и тут же ударившись головой обо что-то твердое упала на спину.

Несколько секунд понадобилось, чтобы понять, что я нахожусь в узком закрытом пространстве. Ладони уперлись в мягкий материал крышки. Внутри было темно.

― Гроб? Я в гробу?

Боль тут же испарилась. Руки затряслись.

― Нет! Не может быть!

Но это было. Я была закрыта в гробу. Дышать стало тяжело. Накатила паника. Сердце забилось сильнее, я в ужасе заорала. Собственный крик почти оглушил. Я не знала, сколько времени понадобилось, чтобы перестать кричать. Пришла в себя, когда по щекам текли слезы, а сил уже не было. Голос стал хриплым.

― Наира, ― сказала сама себе. ― Ты жива. Ты жива, ― пыталась уговорить саму себя. ― Ты жива. Ты выберешься.

Самоуспокоение не помогало. Не помогало, но я все равно старалась собраться и действовать хладнокровно. Я в гробу. Но я дышу. Кислород есть. Как только его станет недостаточно, я выключусь и умру. Но пока он есть, все же есть шанс выбраться.

Попыталась силой толкнуть крышку вверх. Она даже не думала поддаваться. Еще раз попробовала толкнуть. Результат тот же. Положила руки не живот, замерла. Дышать старалась медленно, чтобы не тратить кислород. Пока единственный источник жизни.

― Что делать?

В голову ничего не приходило. Глубоко вдохнула и поняла, что воздух внутри не затхлый. Уже будучи в сознании я провела здесь достаточно много времени, чтобы почувствовать духоту в маленьком пространстве. НО ничего подобного не было. Голые пятки касались мягких стенок гроба, макушка тоже касалась чего-то мягкого, но температура оставалась комфортной. Воздух был свежим. Словно работала вентиляция.

― Значит, я не под землей, ― сделала вывод. ― Может, это морг? Или зал ритуальных услуг?

Проговаривание вариантов вслух помогало контролировать панику. Я понимала, что это может быть не безопасно. Если меня похитили, и похитители где-то рядом, то одному Богу известно, что у них в головах. Но все равно продолжала говорить.

― Тогда почему я не могу открыть крышку? И если я в морге, почему там не холодно? И почему там гроб? В морге не должно быть гробов.