Я с трудом, стиснув зубы от боли в колене, взобрался в седло. Боль в колене была зверской, но я лишь оскалился. Сейчас боль была моим союзником. Она не давала мне провалиться в марево гнева.

— Возьмите, милорд, — конюх протянул мне тяжелый меховой плащ.

—Не нужно, — отмахнулся я. Мне было жарко от гнева.

Но тут перед глазами встало ее лицо. Бледное, испуганное. Она в тонком платье. В лесу.

— Давай, — я вырвал тяжелый меховой плащ из рук конюха и приторочил к седлу. Не для себя. Для неё. Если успею.

Мои «Черные драконы» уже ждали у ворот. Двенадцать теней на костяных ящерах.

— Слушать меня! — я поднял кусок кружева. — Искать по следу. Она ушла на гнедой. В лес. Если увидите воргов — убивать на месте. Тварей не жалеть.

Я поднес кусок кружева к ноздрям Морока. Зверь жадно втянул воздух, выпустив клуб дыма.

— Ищи, родной. Ищи её. Она теперь моя жизнь.

Морок глухо зарычал. Он понял.

Я передал остальные лоскуты стражникам.

— Разъезжайтесь. Искать по запаху! Всем!

Мы вылетели за ворота.

Дорогие мои, знакомлю вас с еще одной книгой нашего моба от Надежды Олешкевич

🦋 Чудовищно невинна, или Право первой ночи

- Зачем императору, - прорычал генерал, подцепив пальцем мой подбородок, - ложиться в постель с грязью?

- Простите… - выдавила я, стоя перед ним на коленях, - что оскорбила вас просьбой права первой ночи, обратившись не к вам!

Кто-то за спиной генерала хохотнул. Мужчина недобро изменился в лице. Кажется, зря я это сказала. Очень зря!

***

Я упала на колени перед императором, чтобы вымолить право первой ночи. Лишь истинный драконир мог забрать мою невинность и с ней - проклятие, что увидели во мне сестры из монастыря. Я готова на все, лишь бы очиститься и прожить остаток дней с любимым.

Но судьба подсунула вместо повелителя драконов его генерала Арвина — циничного, жестокого и смертельно опасного. Он учуял на мне гнилую магию, назвал игрушкой и забрал с собой. Кажется, навсегда.

Что ж, мне придется поиграть по его правилам. Отдам ему невинность, а потом… Погодите, почему я снова в подвенечном платье рядом с мужем? Это что за чудовищная магия?

6.2

Метель хлестала по лицу ледяными розгами. Лес превратился в лабиринт из белых призраков и черных когтей деревьев. Видимость была почти нулевой, но архарским скакунам это не мешало. Они видели тепло. Они чуяли кровь.

Я пригнулся к шее скакуна, шепча заклинания поиска, которые выпивали мой магический резерв. Метка на руке горела огнем. «Холодно… как же холодно…» — мысли Илины, путаные и слабые, бились в моей голове.

— Быстрее! — прорычал я, впиваясь пальцами в поводья.

Мы неслись по лесу, и с каждой минутой мой страх рос, вытесняя гнев.

Метка пульсировала, посылая волны паники. Ей холодно. Ей страшно. Вопреки злости, и мне было страшно. Страшно потерять её. Увидеть её маленькое, бездыханное тело, занесенное снегом.

Я не мог этого допустить.

«Только живи, — молился я, хотя давно не верил в богов. — Только будь жива, Илина. Я отпущу тебя, я запру тебя, я сделаю что угодно, только не умирай».

Впереди Морок вдруг резко свернул, взрывая снег копытами. Метель усиливалась, свинцовое небо опустилось почти до верхушек деревьев. Видимость — нулевая. Шансы найти Илину живой таяли на глазах.

Мы неслись через бурелом, игнорируя ветки, раздирающие одежду. Сердце колотилось в горле. Я никогда в жизни так не боялся проиграть битву.

Потому что ставкой в этой битве была её жизнь.

Вдруг Морок резко затормозил, взрывая копытами наст. Я едва не вылетел из седла, вцепившись в поводья. Впереди, на развилке, снег был разворочен, словно здесь кружил вихрь. Я спрыгнул на землю, едва сдерживая стон от боли в ноге, и присмотрелся к следам.

Кобылы не было. Но я увидел глубокие, рваные борозды от копыт, уходящие прочь, вглубь чащи. Лошадь просто сбросила наездницу, обезумев от запаха хищников, унеслась галопом, оставив Илину одну в эпицентре кошмара.

— Сбежала… — рыкнул я, и ярость, темная и густая, захлестнула сознание.

Эта трусливая скотина бросила её на растерзание. Гнев на животное смешивался с бешеной злобой на саму Илину: как она могла быть настолько глупой, чтобы полагаться на испуганную кобылу? Этот лес не прощает ошибок, а она совершила их десяток разом.

Я осмотрел землю. Рядом со следами копыт виднелись другие — огромные, тяжелые отпечатки лап.

— Ворги.

Магические твари. Они не просто едят плоть, они наслаждаются мучениями жертвы, выпивая страх вместе с кровью. Судя по глубине следов и свежему снегу, они были здесь всего несколько минут назад.

— Где она?! — спросил я тишину хриплым голосом.

Метка на руке вдруг взорвалась такой болью, что я едва не потерял сознание. Крик. В моей голове прозвучал её крик, полный такого смертного ужаса, что у меня перехватило дыхание.

Я чувствовал, где она. Ощущал так, словно Илина стояла в паре метров.