- Что уставилась? Шею оголи, или хочешь, чтобы я это сделал? – прошелся похотливым взглядом по остаткам моего платья, задержавшись на груди.

Пришлось отодвинуть ткань и тут же ахнуть, едва не прикусив язык. В районе ключицы резко запекло, как от ожога.

- Что это? – спросила, смахивая выступившие от боли слезы.

- Клеймо рабыни. Дабы все знали, что ты – чужая собственность, а не свободная леди. Проходи!

И чтобы я не медлила, меня хорошенько пихнули в спину, отчего я, пробежав несколько шагов, уткнулась в спину другой девушки. Та оглянулась, бросив на меня злой взгляд и собралась тоже толкнуть, только в обратную сторону. Но мне надоело скакать мячиком для пинг-понга, поэтому я отошла в сторону, оттолкнув руку незнакомки, чем вызвала ее еще более яростный взгляд.

Конфликт мог бы и разгореться, но тут появилась пожилая, тучная женщина и зычным голосом приказала следовать за ней. Она привела нас в большую ванную комнату. Много душевых, скамейки, мочалки.

- На то, чтобы помыться у вас есть полчаса. Кто не успеет – пойдет на аукцион голой!

Надо ли говорить, что это стало хорошим стимулом шевелиться побыстрее?

- А что за аукцион? – рискнула спросить у девушки, которая мыла голову рядом со мной.

- Ты совсем глупая? – ответила та с раздражением. – Продавать нас будут. Кто больше заплатит, тот и заберет.

И вот тут мне стало как-то нехорошо. Так… где здесь выход? Мне срочно туда надо.

Глава 3

Помылись все быстро, успели вовремя. Когда вернулась тучная дама и раздала одинаковые короткие рубашечки без рукавов, приказав немедленно одеваться, желающих с ней спорить не нашлось.

Одежда доходила до середины бедра. Мне было, в общем-то нормально, а вот остальные девушки явно чувствовали себя неудобно, норовили оттянуть куцый подол пониже и прижать руки потеснее к бокам, чтобы из проймы не показывалась грудь. Обувь нам не выдали.

Мы нестройной шеренгой шли за тучной женщиной. Вышли из дома, прошелестели голыми ступнями по неровной брусчатке, вышли к деревянным помостам.

Часть из девушек сразу же куда-то повели, а часть, и меня в том числе, оставили. Мы ничего не видели, но иногда слышали отдельные выкрики.

- Два золотых!

- Три!

- Продано!

Мороз прошел по спине, заставив меня сжаться, обнять себя руками. Что же это за бесконечный кошмар? Куда я попала? Почему именно я? Я не хотела погибать под колесами машины, но уж если и быть в потустороннем мире, то согласна на белые облачка. А не на вот это всё.

Постепенно увели всех девушек, в одном помещении с которыми я очнулась. А моя очередь все не наступала. Страх сменился на почти равнодушное отупение. И когда меня в очередной раз пихнули в спину, я восприняла это спокойно. И пошла по ступенькам.

После темного помещения, глаза не сразу адаптировались к яркому дневному свету. Я стояла, моргала, почти ничего не видя, зато прекрасно слыша.

- Ну и к завершению аукциона, предлагаю вашему вниманию редкое сокровище для любителей жестких игр. Женщина, имеющая способность исцелять любые свои раны. Сильные порезы затянулись у нее в считанные минуты. Очень удобно, неправда ли?

В ответ на слова ведущего раздались скабрёзные шуточки и смешки.

- Да и сама женщина неплохо сложена, насколько вы все видите. Дополнительное преимущество, так сказать. Посему, предлагаю начать торги с трех золотых монет. Итак, кто хочет начать?

Я наконец-то проморгалась и смогла посмотреть на собравшуюся публику. И надо сказать, лучше бы я и дальше не видела этих похотливых кобелей!

От откровенных мужских взглядов меня замутило.

- Пять золотых! – выкрикнул жирный мужик с грязной бородой со второго ряда.

- Десять! – поднял руку сухонький дедуля.

А он куда лезет? Ему уже на кладбище пропуски ставят, а он себе развлечение для постели покупает. Хотя единственная игрушка, какая его сейчас должна волновать – это утка под кроватью!

- Двенадцать! – отозвался мужик, покрытый какой-то сыпью.

Боже! Тут все уроды города собрались? Нормальных нет? Хотя… о чем это я? Нормальные дома, с женами сидят, а не по вот таким мероприятиям шастают.

- Пятнадцать! – жирный все никак не желал успокоиться.

- Шестнадцать золотых! – тряс козлиной бородкой дедок.

Ты бы лучше за эти деньги зубы себе вставил, мумифицированный герой-любовник, блин!

- Двадцать! – жирный покраснел и запыхался.

Ох, хоть бы свалился сейчас с инфарктом, я бы даже поаплодировала!

- Господа! Что-то вы совсем вяло торгуетесь! – засмеялся ведущий. – Давайте мы вашу заинтересованность немного усилим.

Он кивнул бугаю, который стоял перед лестницей на импровизированную сцену, где все происходило. Тот бодрым шагом пошел в мою сторону. Усиливать заинтересованность они как собираются? Явно не попросив меня стишок рассказать. Тут два варианта: или порежут меня, чтобы показать, как быстро заживаю, или сорвут тот минимум одежды, который есть. И оба варианта меня не устроят.