Глава первая \\ сделка

— Сто ночей с генералом или ваша семья будет разорена, а вы отправитесь на каторгу. 

Экипаж остановился у подножия Святилища, а слова принца все ещё звучали в ушах.  

Я не спешила расставаться с теплом кареты и идти к воротам. Предпочла для начала как следует рассмотреть крепость, что станет моей тюрьмой на ближайшие три месяца.

Построенная из темного камня, который, судя по воспоминаниям настоящей Фейт, добывали здесь же, на этом острове, в жерле потухшего вулкана, эта махина взмывала к небу своими башнями, словно когти дракона цеплялись за небо в попытке поймать облака. 

Я сложила руки домиком, прикрывая глаза от весеннего солнца и присмотрелась. Между зубчатыми стенами вились дорожки из белого гравия, а за ними небольшие домики с черепичными крышами.

Реабилитационный центр для искалеченных героев…

— Как благородно звучит… и какое странное совпадение…

На Земле я работала в обычной клинике, помогала людям после инсультов и травм позвоночника заново учиться жить. Видела отчаяние в глазах тех, кто потерял способность ходить, слышала рыдания матерей над сыновьями, вернувшимися с войны без рук или ног. Знала, как пахнет безнадежность… не фиалками и не лекарствами, да…

Здесь пахло так же, хотя казалось бы, эпическая сила, магический мир! 

— Леди валь Розен, — голос возницы, худого мужчины лет пятидесяти, с обветренным лицом и покусанными ветром руками,  вернул меня к реальности. — Простите, конечно, вы-то прибыли и спешить вам некуда судя по всему, — он, согревая, потер ладони друг о друга,  и постучал по карману синего, форменного сюртука, в котором отчетливо виднелась писулька этой их местной сплетницы. — А мне бы затемно вернуться…

— И что? — я кивнула на карман, — ставку уже сделали или пока не решили на что ставить? 

— Обижаете, — без тени смущения выдал служивый, достав из-за уха скрученный дубовый лист, в который здесь заворачивали курительную смесь. — Конечно поставил. Имею надежды забрать вас с этого же места не позднее, чем через две недели…

— Эх вы, — протянула я, — не верите в меня совсем? 

— В вас-то? — зажав сигарету в зубах, он помог стащить с крыши экипажа самый тяжёлый  саквояж, потом чиркнул магическим огнивом и прищурился, как довольный кот,  — в вас, может и верю, , но о характере герцога наслышан. Уж извините, леди, но в его скверность я верю больше. 

— Что ж, будет жаль ваших денежек. 

Если справлюсь, то станут моими. Не зря же я поставила на себя. Я просто не могу проиграть. Я должна справиться.

1.2

Я хмыкнула, поправляя плащ. Холодный весенний ветер пробирался под одежду, напоминая, что здесь даже в марте не стоит расслабляться. Пальцы мелко подрагивали, но от холода или от страха я пока точно определить не могла... 

Сто ночей. Всего-то…

Восемьдесят четыре тысячи секунд до свободы. До того момента, когда принц сдержит слово и позволит мне жить так, как я хочу, без навязанного жениха и обязательств перед родом валь Розен, а также без необходимости быть кем-то, кем я не являюсь. 

— Самое главное не привязаться, — бормотала я себе под нос, ступая на гравий.

 По воспоминаниям Фейт, герцог был весьма красив, воспитан и внимателен, что совершенно не вязалось с тем, как о нем все вокруг стали отзываться после… Оно и понятно, видела я таких, сломленных… 

— Тем более! — потверже напомнила я себе, — ты здесь по делу и от успеха мероприятия зависит вся твоя дальнейшая жизнь. 

На горе, куда я вползла, запыхавшись, как загнанная лошадь, меня уже ждала  высокая, седоватая женщина средних лет в строгом сером платье. Она окинула меня странным взглядом серых же глаз. Как будто им тут предписано быть серостью. С головы до ног. Никакого цвета. Никакой радости. Такой что ли закон? Удивительно как у них тут пациенты не мрут от депрессий всех мастей. 

Я со своими черными волосами в депрессию как раз весьма неплохо впишусь, но самой на серость три месяца любоваться не хочется совершенно. 

— Леди валь Розен, — голос встречавшей был сух, как пергамент в краеведческом музее. — Я Элси Грейхолл, заведующая Святилищем. Полагаю, вас уведомили об условиях  пребывания здесь?

Я сглотнула и выпрямилась, выуживая уроки этикета из памяти Фейт.

— Да, мадам. Сто ночей ухода за генералом Аластером Фелчестером. Я готова приступить к своим обязанностям сейчас же.

Элси прищурилась, разглядывая меня с еще большим подозрением.

— За вашим бывшим женихом, вы хотели сказать? И вы действительно верите в то, что готовы? — в её голосе прозвучала насмешка. — Милочка, вы хотя бы представляете, что вас ждёт? Генерал — один из самых сложных наших пациентов, это не говоря уже о том, что вам придется стать его глазами и руками. И молиться, чтобы он не узнал правду о вас.

1.3