— Ты запрещаешь? Извини, что говорю очевидное, но на дворе двадцать первый век, и пусть твоя семья застряла в тёмных веках, я — нет. Ты не можешь мне ничего запретить.

Кажется, он взял себя в руки. Откинувшись на спинку стула, он изучает меня, проводя большим пальцем по нижней губе. Это напоминает мне о том, как он поцеловал меня на нашей свадьбе, и у меня внутри всё сжимается. За те несколько дней, что я знаю Александра, я узнала кое-что новое. Можно одновременно испытывать неприязнь к кому-то и безумное влечение одновременно. Это стало для меня настоящим шоком.

— Брось мне вызов, Имоджен и посмотрим, что будет.

Надеюсь, развод.

На моих губах играет лёгкая улыбка. Положив руки на колени, я устремляю взгляд в окно, пока самолет мчится по взлётно-посадочной полосе. На сегодня хватит. Моя стратегия должна быть реализована с терпением. Даже если я продолжу, это не сработает. Небольшие проявления… Сопротивления, которое нарастает со временем. Гибель моего нежеланного брака от тысячи порезов. Так я обрету свободу.

Мы не разговариваем до конца поездки. Удивительно, как быстро я привыкаю к молчанию, и хотя я не фанат, оно дает мне возможность обдумать следующий шаг. Александр будет яростным противником, и заставить его действовать будет непросто. Он настолько поглощен чувством долга, что одно лишь предположение о разводе, вероятно, доведет его до инсульта. Но, сейте семена, по одному вызову за раз, и ждите, пока они прорастут свободой.

Самолет приземлился в облачном небе, в воздухе моросил лёгкий, но моросящий дождь, и дул лёгкий ветерок. У подножия трапа припаркованы два внедорожника. Стивен провожает нас к первому, затем садится на пассажирское сиденье. Полагаю, остальные телохранители садятся во второй. Осознание того, что за каждым нашим шагом следят, кажется странным. Я никогда не думала об опасностях брака с богатством Де Виль, но, оглядываясь назад, понимаю, что это было наивно с моей стороны. Каждый член семьи, должно быть, представляет собой риск похищения. Деньги — мощный мотиватор, и когда у тебя столько, сколько у них, это обязательно привлечет ненужное внимание.

Поездка в Тислвуд дает мне массу времени, чтобы насладиться красотой Шотландии. Я почему-то знала, что мне здесь понравится, и не ошиблась. Это потрясающее место с пологими горами, холмами и сверкающими озерами. Александр сказал, что Тислвуд расположен вдали от цивилизации, что, признаюсь, меня немного беспокоит, особенно если мои опасения по поводу отсутствия сотовой связи оправдаются. Наслаждаться сельской местностью – это одно, но путешествовать в одиночку – не то, чего бы я хотела в первый раз.

Хотя Эмме здесь бы очень понравилось. В свободное время она увлекается фотографией, и я прямо представляю, как она восхищается потрясающими пейзажами и атмосферным освещением.

Через два с половиной часа машина сворачивает на узкую дорожку, окаймлённую аккуратными живыми изгородями. Минут тридцать я не видела ни одного жилого дома. Должно быть, это оно.

Прошло ещё пять минут, прежде чем мы остановились у дома. Я вылезаю из машины и смотрю на величественное здание, меня охватывает благоговение. Расположенный среди леса тенистых деревьев, особняк впечатляюще выделяется на фоне мрачного неба. Он не такой большой, как Оукли, но не менее впечатляющий. Высокие шпили словно пронзают небо, а искусно вырезанные горгульи и статуи притягивают мой взгляд, нашептывая древние истории давно минувших лет.

— Сколько лет этому зданию? — спрашиваю я Александра, когда он присоединяется ко мне.

— Он был достроен в тысяча семьсот тринадцатом, — говорит он, удивляя меня точностью своего ответа. — На строительство от начала до конца ушло три года.

Ему более трёхсот лет. Подумать только, это было построено без современных инструментов и оборудования. Невероятно.

— Это просто захватывающе. — Не дожидаясь Александра, я иду к входной двери. При моем приближении она открывается. Женщина лет пятидесяти пяти с седеющими волосами, собранными в суровый пучок, натянуто улыбается.

— Миссис Де Виль. Добро пожаловать в Тислвуд. — Её сильный шотландский акцент трудно понять, но я улавливаю суть и отвечаю на её официальное приветствие сияющей улыбкой.

— Спасибо.

Я едва могу вымолвить хоть слово, когда она проносится мимо меня, восклицая: — Мистер Де Виль. Как это замечательно с вашей стороны…

По крайней мере, я так думаю, что она так говорит.

Оставив ее любезничать с Александром, я вхожу в дом. Меня встречает просторный вестибюль, обшитый панелями из темного дерева – красного дерева или, может быть, ореха. Отсутствие естественного солнечного света, отчасти из-за облачности, затрудняет различение тонких оттенков дерева. Хрустальные люстры свисают со сводчатого потолка, а стены украшены замысловатыми гобеленами. Я провожу по ним кончиками пальцев.

— Прекрасно, не правда ли?

Я вздрагиваю от звука голоса Александра и от прикосновения его куртки к моей голой руке. Я даже не слышала, как он приблизился, несмотря на каменный пол, из-за которого было бы сложновато тихо ходить.

— Да.