Его темные глубоко посаженные глаза смотрели прямо на нее. Выжидающе.

Под этим взглядом Тася почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки, а в висках застучала некая тревога. Предчувствие, что ничего хорошего встреча с Владимиром ей тоже не принесет.

Калитку она не спешила открывать. Та была невысокой. Поговорят и так.

Владимир едва заметно вскинул брови, поняв, что ему не спешили оказывать гостеприимство.

– Поговорить надо, – сказала он. Его голос прозвучал низко и глухо.

Красивый голос, кстати.

Надо так надо.

Тася все-таки открыла калитку и отошла в сторону, пропуская незваного гостя.

Он прошел слишком близко, утопив ее в аромате своего парфюма и мужской энергетики. Тася из последних сил удержалась, чтобы не хапнуть воздух. Смешно будет выглядеть.

Она же разведенка. Ей страдать положено. А она? Она пялится на спину соседа… Хорошую такую спину. И на ягодицы… На хорошие такие мужские ягодицы.

Так, Тася. Стоп. Не туда сворачиваешь… Про страдания вспомни. И про дележку квартиры.

Видимо, уже в браке она отстрадалась. А вот про дележку… Надо думать и как можно быстрее.

Тася не сделала и шага за Владимиром.

Он тоже остановился.

Повернулся и впился в нее взглядом.

Очередным… Улыбнулся хотя бы для приличия. Не? Не положено?..

Пауза между ними длилась недолго.

– Сколько?

Вопрос повис в воздухе. Тася даже немного растерялась.

– Что сколько?

– Сколько хочешь за ночь со мной… красивая?

Как у Таси челюсть не упала на грудь – вопрос хороший. Видимо, сегодня она уже наслушалась всякого разного, что инстинктивно оказалась готовой ко всему.

– Владимир… Вы, кажется, еще не проснулись.

Она отчаянно пыталась найти достойный ответ. Когда-то у нее все было в порядке с юмором. Но опять же Владу не нравились ее шутки, и она как-то сама собой перестала шутить.

Можно, конечно, было сразу отбрить соседа. Показать ему на дверь. Дать от ворот поворот.

Но что-то удерживало Тасю. Здесь же деревня… Здесь принято дружить с соседями.

Особенно с такими, кто может выйти ночью и остановить беспредел.

Соски как-то странно напряглись, уперлись в ткань бюстгальтера.

Вот с чем не поспоришь, так это с тем, что какими бы современными благами не обрастало общество и как бы это общество не подавляли маскулинность, при ее проявлении женские инстинкты делали стойку.

– Проснулся, – Владимир едва заметно усмехнулся и ударил себя по карманам. Неужели снова будет курить в ее обществе? Но нет, сигарету не достал. – И давно.

– Надеюсь, сразу ко мне не пошли?

Тася хотела разбавить нарастающий накал в разговоре.

Но, кажется, сделала только хуже.

– Таисия…

– Тася.

– Ок. Тася…

Он сделал паузу, и уже не только соски напряглись. Низ живота потяжелел.

Маскулинность стремительно увеличивалась в геометрической прогрессии.

– Давай без иронии. Ты приехала в деревню, чтобы развеяться? И избежать обязательств, вопросов и прочее. Я тоже. Я готов тебя финансировать… А ты…

Тася прищурилась. А что она? Ну давай же… соседушка, мать тебя ети. Или какими тут ругательствами принято выпроваживать непрошеных гостей.

Она думала, что звонки Влада – апофеоз сегодняшнего утра и всего дня.

Она ошиблась.

– А что я? – Она даже для приличия голос понизила.

Она постоит, еще немного послушает…

Сколько сегодня интересного уже услышала!

Владимир прищурился сильнее.

– А ты… А ты красивая.

Он вернул ей ее слова.

Аккуратно так, в самое яблочко.

При других обстоятельствах Тася рассмеялась бы в голос. Честно.

А сейчас смех застрял где-то в области груди.

– И зачем, по-вашему, мне соглашаться?

Она скрестила руки на груди.

В голове мелькнула мысль, что она противоречит сама себе. Вчера нос задирала и вещала, что красивая. А сегодня?

Владимир все-таки достал сигарету.

– Пепельницы так и нет?

– Нет, конечно.

Он снова, как вчера, осмотрелся по сторонам, шумно, протяжно вздохнул и вернул сигарету в пачку.

– Молодым красивым девочкам всегда найдется на что потратить деньги.

Ну да. Например, на юриста.

– А вам зачем это? – не унималась она.

– Секс за деньги? – Он, кажется, даже удивился.

Вот пусть и дальше продолжает удивляться. Решит, что она не шибко умная, и отстанет.

Но что-то было в его глазах такое… интересное. Глубокое. Темное. Говорившее, что хрен такого простыми словами отвадишь.

– Да.

– Странный вопрос…

– Какой есть.

Она тянула время.

Зачем?..

– Секс за деньги освобождает мужика от дальнейших последствий.

О как…

– Ну да.

Что тут еще скажешь?

Да и говорить-то особо не хотелось.

Горькая улыбка тронула губы Таси.

– Я, конечно, польщена вашим предложением, Владимир. – Она не скрывала сарказма. – Но я, пожалуй, пас.