В этот момент не существовало ни прошлого, ни будущего. Только они, только эта дикая, первобытная страсть в глухом лесу, под шум деревьев.

Руки Владимира жадно гуляли по ее телу.

Но когда он почти грубо поставил ее на землю, Тася протестующе вскрикнула.

Как оказалось, зря. Потому что Владимир пошел дальше. Он в той же свойственной ему резковатой манере развернул ее спиной к себе. Тася поспешно уперлась ладонями в дерево.

Боже…

В висках гулко стучало.

– Ты в курсе, су…заноза этакая, что мне всю душу вынесла? А? В курсе? – прохрипел Владимир в самое ухо, обхватывая горло не для удушья, а чтобы почувствовать учащенный пульс под пальцами.

Его другая рука скользнула под свободную резинку спортивных брюк, которые Тася выбрала для прогулки.

И накрыла лоно. Он вдавил пальцы. Прямо туда.

Тася едва не закричала, настолько сильным был эффект. И это Владимир ничего не делал.

Ну почти…

Дрожь прокатилась по всему телу, ноги ослабли.

Она не может стоять… Она сейчас рухнет…

Не рухнет. Ей попросту никто не позволит.

Она уперлась головой в ствол. И тотчас перед лицом появилась большая мужская рука. Тася даже не поняла сначала, что он делает, чего он от нее хочет. Все мысли были там… внизу..

А он руку ей под лоб просунул…

А второй забрался под трусики. И сразу внутрь. В нее.

Тася застонала, закинула голову на его плечо, и Владимир не удержался, впился зубами в шею, но тут же смягчил укус поцелуем. Его колено осторожно раздвинуло ее ноги, давая пространство для дальнейших действий.

– Нет, конечно, – продолжил он хрипло, в интонации пробивалось что-то почти нежное. Пальцы двигались умело, находя те самые точки, что заставляли ее выгибаться в его объятиях.

Тася даже не понимала, о чем он говорил…

Она выгнулась, подставляя себя.

– Черт, какая же ты…

Он еще что-то добавил. С контекстом восемнадцать плюс.

А дальше ее бедер коснулась прохлада. С нее стянули штанишки. Тася пискнула, зажмурила глаза.

Приготовилась…

– Тася.

Она не желала говорить! Только не сейчас…

Она подала бедра назад, намеренно провоцируя.

Ей требовалось завершения! Ей требовалось продолжения.

Кора, земля… Все расфокусировалось, сосредоточиться на чем-либо было невозможно.

Она пылала. Тело горело. Она и не помнила, как мерзла несколькими минутами ранее.

Его пальцы растягивали ее. Один толчок, второй. Он прошелся по складочкам и снова внутрь.

Тася то втягивала в себя воздух через сомкнутые губы, то сцеживала.

За спиной раздался глухой то ли рык, то ли стон. Владимир тоже реагировал… Ему нравилось, как она отзывалась на каждое его прикосновение. Он прижался губами к ее шее, не целуя, а, скорее, ощущая вкус ее кожи, смешанный с дождем.

Он наваливался на нее, точно не в силах сдержаться. Тогда она едва не впечатывалась в дерево. И он тотчас подавался назад и тянул ее на себя.

К себе.

Сердце барабанило то ли в груди, то ли в горле.

Она была влажной. Тася это тоже чувствовала. Пальцы Владимира свободно проникали в нее, вызывая хлюпающие звуки. В какой-то момент Тася сама начала насаживаться на пальцы. Спираль внизу живота стремительно закручивалась.

– Если ты думаешь, что я остановлюсь – хренушки. – Он снова прикусил ее кожу на шее. – Теперь терпи до конца.

– Владимир…

– Что?

Он замер.

Его слова противоречили действиям.

Этой заминкой он давал понять, что все-таки готов остановиться.

Она ничего не ответила.

Зажмурилась…

Приготовилась

Большая мужская ладонь огладила ее бедра.

А потом послышалась возня с одеждой.

Тася еще сильнее зажмурилась, уперлась руками в дерево, фиксируя себя.

Он сжал ее бедра, чуть приподнял их. Его пальцы безжалостно впились в ее кожу. Наверное, останутся следы… Пофиг.

Он прижался к ней так, что она почувствовала каждый мускул, каждую линию его тела. Грубо? Да. Но так было надо.

– Посмотри на меня.

Тасе хотелось выкрикнуть зачем. Но она подчинилась.

Повернула голову, и их взгляды встретились.

Она судорожно сглотнула. Он правильно сделал, что вынудил посмотреть на себя. Потому что его лицо… Это было нечто. Голая похоть. Чистейшая. Челюсть напряжена, желваки на скулах ходуном ходят. Ноздри раздуваются. И глаза… В глазах стояло дикое желание.

Такое, что на мгновение у нее все оборвалось внутри.

Никто ни разу так на нее не смотрел. Никогда…

Во рту пересохло, и она облизнула губы.

Верхняя губа Владимира дернулась. Он подался вперед, перехватил ее грудь и на себя… Чтобы губами впиться в ее губы, бессовестно и нагло толкнуться между ними. Тася выгнулась в позвоночнике. Ей тоже надо быть к нему ближе.

– Так нравится, что ли?

Иногда ей казалось, что он специально грубил.

Она упрямо мотнула головой. Ничего не скажет…