Не могу объяснить, как сильно нервничаю, понимая, что он, должно быть, зашел на мою страничку и просмотрел все мои картины.

— О, эм... да.

Кейн оставляет дорожку поцелуев на моей шее, останавливаясь под подбородком, и я таю в его объятиях.

Это начинает слишком меня беспокоить.

Все это… обниматься с ним... спать в его постели… Это так… слишком интимно.

Возможно, более интимно, чем сама близость с ним.

У меня и до этого было немало бессмысленных встреч с парнями — это, по сути, самое большее, что я позволяла себе после смерти Грея, — но этот момент кажется мне важным.

Он возвращает мое внимание к нему.

— Я просмотрел твои картины.

— Что думаешь?

— Твои работы просто невероятны.

Улыбка расцветает на моем лице.

— Спасибо. Я надеюсь выгодно их продать, чтобы расплатиться с тобой за все эти материалы.

Он раздраженно рычит.

— Я же сказал, мне ничего не нужно возвращать.

— А я сказала, что это не какая-то благотворительность, — возражаю я.

Он обнимает меня за живот, еще крепче прижимая к себе, и я чувствую, как его член упирается в мою попку.

Он недовольно хмыкает, просовывая ладонь мне под футболку.

— Черт возьми, ты такой упрямый.

Потираюсь о его выпуклость.

— Ты только сейчас это поняла? Спи, детка, — предупреждает он, впиваясь кончиками пальцев в мое бедро и крепко прижимая меня к себе, словно не давая мне дразнить его.

Я быстро обмякаю, позволяю усталости овладеть моим телом и закрываю глаза.

Всю ночь гадала, было ли это просто сексом.

Но парень, который хочет только секса, не назовет тебя малышкой.

Он не заставит тебя кончить дважды, ничего не прося взамен.

Он не поцелует тебя в щеку и не скажет, что тебе нельзя покидать его постель.

Я думаю, это может быть нечто большее.

Вопрос в том, выдержит ли это мое сердце?

 

* * *

 

— Эй, придурок, нам нужно идти... Черт, прости!

Открыв глаза, все чувства хаотично сменяют друг друга, а смятение захватывает мой разум.

Мозгу требуется несколько секунд, чтобы осознать происходящее, и события прошлой ночи возвращаются ко мне с того момента, как я оглядываюсь по сторонам.

Я в постели Кейна.

Первое, что я замечаю — мускулистая рука, крепко обхватывающая мою талию. Бросаю взгляд через плечо и вижу, что Кейн спит как младенец. Он все еще обнимает меня. Со вчерашнего вечера мы не сдвинулись ни на дюйм.

— Я не знала, что ты... с кем-то. — Голос Дреа выводит меня из задумчивости, и я поднимаю взгляд, сразу замечая ее в дверном проеме.

Она смотрит на нас, разинув рот, и ее потрясенное выражение лица превращается в понимающую ухмылку, как только мы встречаемся взглядами.

На автопилоте я отрываю руку Кейна от своего тела — как будто это волшебным образом сотрет то, что видела Дреа, — и опускаю ее рядом с ним. Только тогда он приходит в себя и шевелится рядом со мной.

— Дреа? Какого черта ты здесь делаешь? — Усталый голос Кейна разносится по комнате.

— Просто хотела убедиться, что ты не спишь. Нам нужно уходить через час.

Уходить?

Куда?

— Я не сплю. А теперь убирайся, — растягивает он слова.

Дреа едва сдерживает улыбку, кивает, снова извиняется и выходит.

Я понимаю, что мне тоже нужно кое-куда пойти, как только она закрывает дверь и садится прямо.

— Который час?

Кейн пожимает плечами.

— Какая разница? Спи.

У меня хватает здравого смысла встать с кровати, прежде чем Кейн успеет заключить меня в свои объятия.

— Где мой телефон? — Обшариваю прикроватную тумбочку и пол, но ничего не нахожу.

Черт, вероятно, я забыла его в солнечной комнате.

Кейн наблюдает, как я обхожу кровать и беру его телефон с тумбочки, проверяя время.

10:05.

Слава Богу.

До работы еще два часа. Но мне все равно нужно принять душ, привести себя в порядок и позавтракать. А еще я мне нравится приходить на работу за двадцать минут до начала смены.

— Итак, эм… Мне нужно принять душ и собраться на работу. Прошлой ночью было весело. Спасибо за оргазмы.

Спасибо за оргазмы?

Я действительно только что это сказала?

Понятия не имею, как разговаривать с этим парнем, зная, где был его язык прошлой ночью, и это очевидно. Поворачиваюсь, чтобы сбежать, но Кейн хватает меня за запястье, прежде чем я успеваю сделать хоть один шаг.

Рассчитываю, что он снова обнимет меня, но мои все резко прерывается, когда он резко вскакивает с кровати и направляется прямиком в ванную.

— Что ты делаешь?

— Ты же сказала, что тебе нужно принять душ. Давай примем душ.

Он не дает мне возможности переварить свои слова и просто запирает нас в ванной, отпуская мое запястье.

Он хочет, чтобы мы приняли душ вместе?

То есть... полностью голыми?

Конечно.

Люди же не принимают душ в одежде.