— Я имела в виду в своей постели. — Его губы растягиваются в улыбке.

— Что это? Я не слышу тебя с закрытыми глазами.

Мой смешок перерастает в громкий смех.

— Кто я теперь? Твоя заложница?

Он приоткрывает один глаз и пожимает плечами.

— Если ты хочешь это так назвать.

Мне бы хотелось поспорить с ним по этому поводу, но у меня нет сил.

— Ты хочешь сказать, что мне нельзя уходить?

Он снова закрывает глаза.

— Ты больше нигде не будешь спать, это я могу тебе точно сказать.

Я обдумываю варианты.

Мне будет неуютно, если я не надену что-нибудь из одежды.

Я ненавижу спать голышом. Это просто кажется неправильным. Наверное, из-за того, что мы с Греем смотрели те забавные видео, где людям приходилось эвакуироваться из квартиры на пятом этаже голыми во время пожара.

— Если ты собираешься держать меня здесь, то, по крайней мере, можешь дать мне какую-нибудь одежду.

Он открывает глаза, и ухмылка, играющая на его губах, заставляет мое сердце трепетать.

— Кто это сказал?

Идиот.

Я выскальзываю из его объятий и снова включаю свет, прежде чем он успевает запротестовать. Быстро заворачиваюсь в одеяло, которое стащила с кровати, и направляюсь к его комоду у дальней стены. Я только возьму футболку и пару спортивных штанов.

В первом же ящике, который я открываю, лежат толстовки. Вскоре нахожу ящик с футболками и начинаю рыться в куче одежды.

От взгляда на первую же футболку, которую я достаю, у меня слезятся глаза.

Что за… Я оглядываюсь на Кейна, держа футболку в воздухе.

— Это... — В его глазах мелькает беспокойство.

— Это Грея?

— Да.

Футболка у меня в руках черная, старая, и на ней забавная цитата. Я помню, как искала эту футболку, когда мы с мамой разбирали одежду Грея, чтоб отдать ее.

Я хотела сохранить ее, как и остальные футболки с его цитатами. Мне было так тоскливо, что я нигде ее не нашла.

Оказывается, она была у Кейна с самого начала.

Мой взгляд скользит по цитате.

Иногда можно потерять самообладание. Если ты этого не сделаешь, то в конечном итоге окажешься по уши в дерьме и взорвешься. Тогда повсюду будет дерьмо, а этого никто не хочет.

Никогда не думала, что цитата о дерьме может вызвать слезы, но я проигрываю битву со своим горем раньше, чем осознаю это, когда одинокая слезинка скатывается по моему лицу.

Я быстро вытираю ее.

— Зачем тебе она? — Он отводит глаза, как будто мои слезы причиняют ему физическую боль.

— Мне ее Грей дал.

— Правда? — Кейн кивает.

— Да. Вскоре после того, как мы переехали в ваш дом.

— Почему?

— Мы продали большую часть моей дизайнерской одежды, чтобы моя мама могла позволить себе аренду, и у меня остались три рубашки и футболка. Однажды вечером вся моя одежда была в стирке, и я искал, что бы надеть. Грей заметил это и подарил мне футболку. Сначала я отказался, будучи гордым маленьким засранцем, каким и являлся, и в типичной для Грея манере он посоветовал мне взять себя в руки и забрать эту чертову футболку.

— И она все еще у тебя? — Я констатирую очевидное.

— Ни за что на свете не избавился бы от нее.

Мое сердце разрывается на части.

Я роюсь в его шкафу в поисках спортивных штанов, прежде чем сменить тему.

— Ты можешь закрыть глаза, пока я буду одеваться?

Вместо ответа я слышу его насмешку.

— Пять минут назад мое лицо было у тебя между ног, но ты стесняешься переодеваться у меня на глазах?

Я стою на своем.

— Да.

— Отлично. Но, чтобы ты знала, к следующей неделе я намерен запечатлеть в памяти каждый дюйм твоего гребаного безупречного тела.

Мои щеки вспыхивают.

— Глаза, мистер!

Он издает глубокий, хриплый смешок, но уступает. Я одеваюсь так быстро, как только могу, и, извинившись, иду в ванную.

К моменту моего возвращения глаза Кейна закрыты, и он накрыт простыней. Простыня на несколько дюймов спущена ниже пояса, а-ля Адонис, демонстрируя скульптурное тело, украшенное татуировками. Смотрю на дверь, прикидывая, смогу ли улизнуть в свою комнату, пока он спит.

Только поворачиваюсь, но его голос гремит в воздухе.

— Даже не думай об этом.

Оборачиваюсь и вижу, что он смотрит на меня с самой очаровательной улыбкой на лице.

С трудом сдерживая смех, возвращаюсь к кровати, комкая в руках одеяло. Забираюсь к нему, но он даже не позволяет мне натянуть одеяло на нас обоих, сразу притягивая меня в свои объятия.

Кейн прижимается грудью к моей спине, обнимая меня так крепко, что наши тела сливаются воедино, словно мы кусочки пазла. Его дыхание холодит мою кожу, когда он утыкается носом в изгиб моей шеи. Тянусь к лампе на прикроватной тумбочке и выключаю свет, на этот раз точно.

Кейн кладет подбородок на мое плечо и его дыхание касается моей щеки.

— Дреа обмолвилась, что ты запустила сайт.